Как технологии определяют, кто будет править миром Игорь Дмитриев предложил интересную концепцию смены мировых гегемонов: Британия возвысилась благодаря паровой машине, США стали лидером эпохи двигателя внутреннего сгорания, а теперь Китай делает ставку на электромоторы, аккумуляторы и массовое производство. На первый взгляд, это просто история о смене технологий. Но за ней скрывается более серьёзный вопрос: что происходит с державой, когда мир начинает зависеть от технологий, в которых её соперник сильнее? Британское могущество опиралось на уголь, паровые машины, флот и торговлю. Американское лидерство выросло на нефти, автомобилях, конвейерном производстве и огромном внутреннем рынке. В обоих случаях новая технология перестраивала экономику и создавала преимущества далеко за пределами заводов. Китай сегодня строит похожую систему вокруг аккумуляторов, электромобилей, электроники и робототехники. Его сила не только в отдельных изобретениях, но и в способности производить их в гигантских масштабах. Конкуренту недостаточно придумать батарею лучше китайской. Ему нужно выстроить целую промышленную экосистему. Однако технология сама по себе не делает страну гегемоном. США сохраняют сильные позиции в ИИ, передовых чипах, финансах и военных союзах. Китай тоже сталкивается с ограничениями. Исход этой гонки далеко не предрешён. Возможно, следующий перелом вообще определит искусственный интеллект, объединившийся с робототехникой и энергетикой. Преимущество получит тот, кто сможет быстрее превратить эти технологии в основу всей экономики. Главный риск для сверхдержавы в том, что она может продолжать побеждать по правилам уходящей эпохи. Именно поэтому вопрос не только в том, станет ли Китай новым гегемоном. Вопрос в том, кто первым построит промышленность, армию и экономику под правила следующего технологического уклада.
- 38
- 14
- 13
- 8
- 8
- 3
- 2
- 2
- 1
- 1
- 1