Например, в его руки попала записка Фокеродта, который 20 лет был прусским послом в России. Тот обрушался со страшной критикой на Петра и его окружение: описал его тиранический характер, болезненные припадки, вводящие государя в ярость, его жестокость по отношению к собственному сыну, который, по мнению Фокеродта, не просто скончался в Петропавловской крепости, а с него сняли кожу… "Вольтер записку получил, прочитал, но остался при своей идеалистической точке зрения. Его не перестал интересовать Петр и тот грандиозный потенциал, который он дал России", — отмечает эксперт РНБ. В результате Вольтер пишет "Анекдоты о Петре Великом" (анекдотами в то время назывались отдельные истории из жизни выдающихся деятелей) и отправляет их в Россию, желая получить одобрение пришедшей к власти Елизаветы Петровны, дочери Петра. И хотя за это сочинение Вольтер выбил у канцлера Алексея Бестужева-Рюмина почетное членство в Петербуржской академии наук, книга не получила одобрения у императрицы — она посчитала ее слишком фривольной. "Это действительно было так. Как пример, в одном из "анекдотов" Вольтер рассказывал, как Петр в 1717 году посещал во Франции могилу кардинала Ришелье. По словам философа, государь буквально растолкал всех своих сопровождающих, забрался на памятник, обнял его и стал говорить: "Великий министр, жаль, что ты не рожден в мое время. Я дал бы тебе половину моей империи, чтобы ты научил меня управлять второй половиной", — рассказал эксперт РНБ. Подобные истории, по его мнению, не могли порадовать Елизавету, поэтому она холодно отнеслась к идее Вольтера создать более развернутый и историчный труд про ее отца. К этой идее вернулись спустя 15 лет, когда началась Семилетняя война. Этому поспособствовало и то, что Вольтер некоторое время жил в Берлине у Фридриха и был его литературным секретарем. В какой-то момент между ними случился разлад, и Вольтер с большим скандалом покинул двор. Разрыв отношений между прусским королем и французским литератором разнесся по всей Европе, став одним из поводов, почему к нему решили обратиться с предложением о создании книги. Как к этому отнеслись в России Когда Вольтер согласился на предложение Шувалова взяться за этот труд, сам первый министр не получил никакой поддержки в России. Во-первых, все помнили негативный опыт прошлого сочинения Вольтера. Во-вторых, петербуржские академики вовсе не считали Вольтера ученым, для них он был драматургом: "Его удел писать пьесы, а не исторические труды". К тому же некоторые из академиков сами планировали написать историю Петра, например, Михаил Ломоносов. Академик даже пытался переубедить своего покровителя и утверждал, что будет крайне затруднительно найти подходящие источники, забрать их из московских и петербургских хранилищ, перевести на французский язык, да еще и отправить за тридевять земель во Францию. Шувалов не прислушался к экспертной оценке, а Ломоносов впоследствии сам стал одним из тех, кто занимался подбором источников для Вольтера. В частности, академик составлял хронологические таблицы с наиболее значимыми событиями из жизни Петра. Аналогичной работой занимались и другие академики (Герхард Фридрих Миллер, Иоганн Каспар Тауберт и Яков Яковлевич Штелин) — все собранные материалы они направляли Вольтеру. Помимо прочего, петербургские академики присылали списки фабрик, которые были возведены при Петре, названия всех построенных кораблей… Однако сам Вольтер полагал, что история не может состоять только из цифр, дат и событий, нужен философский подход. В своем сочинении он размышляет над событиями — критикует, опровергает, подтверждает, осмысливает… Что интересовало самого Вольтера По мере того, как Вальтер писал свое сочинение, у него возникали вопросы на самые разные темы. "Например, его очень интересовало происхождение Екатерины I и точное время ее коронации. Он хотел понять, правда ли, что Екатерина подкупила турецкого визиря вовремя Прутского похода своими драгоценностями, которые она отдала взамен на то, чтобы их выпустили из блокады. Его интересовал обряд крещения Екатерины, поскольку она была урожденной протестанткой.