И поэтому Спиноза твёрдо стоял на том, что воля человека — это не какая-то отдельная способность души, а совокупность каких-то конкретных мыслей и желаний. Каждая мысль, каждый волевой акт вызван другой мыслью или каким-то внешним фактором. И так до бесконечности. То есть полный лапласовский детерминизм. Вот что такое свобода воли у Спинозы. То есть её нет. При этом, когда он говорит о том, что он, по сути дела, переопределил понятие свободы, свобода как осознанная необходимость означает, что свободен по-настоящему может быть только Бог. Вот и всё. А человек не может избавиться от законов природы и поэтому не может стать свободным. Он может только попытаться понять причины. Дальше у него возникает этическая сторона вопроса: он всё-таки по базовой специализации в большей степени этик, и этическая сторона вопроса его интересует. Поэтому он говорит, что если мы понимаем причины нашего гнева, нашего страха, то эти страсти теряют власть над нами. Еще раз, для Спинозы, как для автора этого знаменитого высказывания «свобода — осознанная необходимость», свобода — это не свобода выбора. Никакой свободы выбора не существует у Спинозы. А это такая мудрость, разумность, созерцательность, когда человеком движут не внешние обстоятельства, а он глубоко понимает мироустройство, поэтому созерцает и таким образом овладевает своими страстями. Но свободы выбора не существует. Кстати говоря, и Энгельс, который шёл вслед за Спинозой, примерно так же понимал свободу воли. Нет никакой свободы воли ни в классическом марксизме, ни у Спинозы. Илья: «Давайте просто-напросто сдадим Путину Украину, — может рассуждать вот такой вот человек мира, — ну и сохраним цивилизацию. В чем проблема? Самое опасное в подобной логике готовность расплачиваться чужой свободой и чужой территорией ради собственного спокойствия. Но мир, построенный на уступках агрессору, еще не означает, что сохранится цивилизация. Скорее, это приглашение к следующей войне.» Ну, уважаемый Илья, всё-таки здесь мы уже немножко, чуть-чуть приписываем гипотетическому человеку мира требование сдать Путину Украину. Хотя элементы этих настроений могут присутствовать. Если я человек мира, на кой чёрт мне изначальное высказывание, зачем нужен удмурт, а зачем нужен украинец? И зачем тогда нужна Украина? Потому что есть цивилизация. Да, некоторая логика в этом просматривается. Лариса пишет: «Такой вот немножко ернический вопрос. А у меня вопрос, — пишет Лариса, — а зачем быть Робертом?» Ну, я прошу прощения у нашего коллеги, которого склоняют на все корки, причём он этого явно не заслуживает. Вот такой вопрос задаёт Лариса. В общем, в чём-то он логичный. Зачем быть удмуртом, а зачем быть Робертом? Лариса: «Ну, хорошо, это шутка. А если серьезно, то я, услышав комментарии про гражданина мира, подумал, что автор имеет в виду не мир как территорию, а как общность человеков, то, что считается цивилизацией. Тогда, как граждане этого мира, мы не должны позволять части его быть поглощенным агрессором. То есть отсутствие цивилизации. Поэтому именно гражданская позиция главная и в Украине, и в Израиле.» Я ещё раз хочу зафиксировать: и в Украине, и в Израиле главное — это позиция с точки зрения гражданской нации. Вот о чём идёт речь. Это люди, которые считают себя гражданами Украины, а не гражданами мира. И гражданами Израиля. Это украинская гражданская идентичность. Это израильская, еврейская гражданская идентичность, а не просто гражданство мира. И далее Лариса пишет: «Что же все про работу на удаленке говорят? А пекарь, инсталлятор, санитарка, уборщик могут работать на удаленке? Или уехать, оставить ту часть мира не кормленной, не убранной, не ухоженной, да еще и с прорванной канализацией? Все, наверное, видели фильм „2012“. Принцип отбора пассажиров на ковчег. Но я, грешным делом, подумала, а кто за этими шейхами на новом месте дерьмо убирать будет? Вопрос.» Ну, кстати, весьма и весьма, как мне кажется, разумное примечание.
- 25
- 8