Уважаемый коллега, ну, наверное, надо спросить Инну Курочкину. Я-то тут при чём? Она же на меня нападает, а не я на неё. Исток понятен. Я в своё время очень резко отозвался и сделал даже специальный выпуск под названием «Большая ложь Рамиса Юнуса». А Курочкина вместе с Рамисом — Рамис Юнус её любимый автор — они, собственно, нападают на всех. У них такая вот идея, что все, абсолютно все россияне по паспорту, все, кто против Путина, на самом деле не против Путина, они все агенты Путина. Вот и я, и Каспаров, и, видимо, Скобов тоже, скорее всего. Все абсолютно, все без исключения. Все мы агенты Путина, скрытые. Ну, так вот они думают. И более того, уже сколько публикаций. Мне, честно говоря, присылают какие-то материалы, что обо мне очередной раз пишет и говорит Курочкина, но я просто не смотрю, потому что что толку? Это одно и то же. Так, Александр Бупренко: «Знакомы ли вы с американистом Евгением Фельдманом? Не планируете пригласить?» Лично не знаком, но идея хорошая. Это фотограф. На мой взгляд, очень полезный был бы разговор. Так что это я для нашего редактора ещё раз громко произношу: Евгений Фельдман. Не уверен, что он американист, но он пишет об Америке, он снимает. Интересный автор, я думаю, что поговорить стоило бы. Леонид Гольдберг пишет: «Вы уже не первый раз говорите, что неэкономические причины привели к распаду СССР. Тут, мне кажется, вы не согласны с мнением уважаемого Липсица. Было бы очень интересно услышать вашу с ним дискуссию по этому вопросу.» Я сразу хочу обозначить, что я же не говорю, что экономика вообще не сыграла никакой роли. Я убеждён, что идея Гайдара, с которым я полемизирую заочно, — к сожалению, Егор Тимурович не может уже ответить, но он всё изложил в своей книжке «Гибель империи» — это экономический детерминизм. Я противник экономического детерминизма. Я считаю, что экономика играет огромную роль и во многом детерминирует, но сводить всё, редуцировать всё к экономическому детерминизму я считаю неправильным. И я как наблюдатель, свидетель того, каким образом распался Советский Союз, видел это в том числе и изнутри. И я думаю, что сводить всё к экономике — это ошибка. Владимир Янко: «Ваш черный юмор здесь неуместен. Выразили бы вместо этого соболезнования. Вот так же, как и жизнерадостная музыка Моцарта в конце. Была бы уместна „Лакримоза“ того же Моцарта. Мы присутствуем при трагедии народа и вольно или невольно являемся ее участниками.» Вы знаете, уважаемый Владимир, конечно, можно с утра до вечера представать со скорбными лицами, каждый день отмечать как траур и постоянно ставить какие-то заупокойные песни. Вообще отказаться от шуток, от юмора. Ну сколько? Война длится уже почти пять лет. Ещё года три может длиться. Вот 10 лет носить траур, 10 лет ограничить себя в каких-то человеческих чувствах и говорить только с утра до вечера «скорбим» и запускать какую-то траурную музыку. Я думаю, что, наверное, есть желающие жить так. Я считаю, что это крайне неконструктивная идея. Я не настаиваю на том, что мой юмор удачен. Я себя не вижу в качестве автора стендапов, но я позволяю себе шутить. И буду позволять это делать. Весь вопрос в том, в каком контексте. И качество юмора, конечно, имеет тоже значение. Так что нет, ваша рекомендация не принимается.
- 82
- 55