Однако самое интересное начинается, когда смотришь на прогностическую часть этих текстов. Федотов в 1929 году предупреждает о сепаратистских угрозах в момент падения коммунизма — и называет конкретные регионы: Украина, Грузия, Азербайджан, Казахстан. Ильин в статьях 1948–1954 годов описывает «малозаметную инфильтрацию» чужих ценностей «под видом терпимости», расчленение России как возможный глобальный катаклизм, опасность поспешной демократизации истерзанной тоталитаризмом страны. Оба писали за десятилетия до того, как описанное ими случилось. Это не мистика и не случайность. Точность прогноза объясняется точностью диагноза. Если ты правильно понял природу болезни — ты можешь описать её течение. Федотов и Ильин понимали природу российского исторического процесса глубже, чем большинство их современников, а потому и видели дальше. *** Впрочем, здесь нужна оговорка. Ильин выступал против немедленного установления демократии в стране, где тоталитаризм «успел подорвать все необходимые предпосылки», — при том что в принципе демократию он отвергать не собирался. Это различие существенное. Его нередко игнорируют в публицистике, записывая философа в реакционеры. Однако его аргументация об «авторитарном строе» — указание на то, что форма правления должна соответствовать народу и его истории: «Нет одинаковых народов и не должно быть одинаковых форм и конституций. Слепое заимствование и подражание нелепо, опасно и может стать гибельным». Россия 1990-х годов, если верить большинству аналитиков, продемонстрировала именно этот сценарий. Ильин предупреждал, что поколение, которое будет торговать национальными основами ради иностранного одобрения, «будет обозначено в истории как поколение дряблое и предательское». Оценка жёсткая — и сегодня она вызывает не меньший спор, чем в пятидесятые. Запад, по мнению Ильина, не знает России, но особенности её признает; «судит, рассуждает; и за нас, и без нас решает». В этом кроется ирония всей отечественной истории: мы постоянно ищем признания в зеркале, которое нас заведомо искажает. Русская идея в трактовке Владимира Соловьева — это вопрос о «смысле существования России во всемирной истории». Это попытка доказать, что Россия представляет собой необходимый элемент мирового развития. *** Однако возникает противоречие. Если русская идея так глубока и органична, почему она до сих пор не получила закрепления в государственно-политических документах? Не является ли она мифом, ширмой для национализма, как полагает критик А. Янов в своей книге «Русская идея и 2000-й год»? Факты говорят об обратном. Русская идея в трудах классиков — это прежде всего идея ответственности. Она выступает персонифицированным феноменом, требующим от личности «осознания грехов и слабостей своего Отечества». Без этой критической составляющей патриотизм превращается в дешёвый пафос. Даже «Основы социальной концепции РПЦ», принятые в 2000 году, подчёркивают необходимость соборного ответа на «вызовы нового времени», что подтверждает живой, а не архивный характер этих дискуссий. *** Что же такое русская идея после всего сказанного? Попытка дать ей исчерпывающее академическое определение неизбежно оборачивается её упрощением. Гидиринский, суммируя позиции классиков, выделяет семь слагаемых — от «смысла существования России в мире» до «духовно-нравственного базиса», способного стать «генератором возрождения» (Гидиринский В. И. Проблемы русской идеи в отечественной философии: история и современность // Вестник Томского государственного педагогического университета, 2004). Перечень корректный. Но перечень — это ещё не идея. Если очистить понятие от наслоений газетной публицистики последних десятилетий, останется ядро, сформированное веками споров. Перед нами скорее поиск баланса между державной мощью и достоинством личности, нежели застывшая доктрина. Величие мыслителей прошлого — Бердяева, Ильина, Федотова, Солженицына и др. — заключается в их способности зафиксировать саму структуру русского мышления. Оно не находит удовлетворения в материальном комфорте, пока не решён вопрос о «смысле».
Русская идея и сохранение страны от cultural влияний
- 38
- 4
- 1