Уважаемый Андрей, я просто не очень понял, вы кого сейчас цитируете или пересказываете, и чей подход конкретно вы именно зовёте, кто так думает, кто так говорит, кто автор этого хорошего русского подхода? Вы это пишете в комментариях к моему стриму. Это вот зачем? То есть, опять-таки, я просто хотел бы обратиться ко всем с просьбой. Если вы что-то критикуете, вы назовите автора. Это же несложно. И тогда можно будет понять, обоснована критика или нет. А так, если просто отметиться, ну, зачем? То есть я не понимаю, чей это хороший русский подход. Кто конкретно? Если брать сторонников русского фашизма, то у них совершенно нет такой позиции. Они наоборот за войну. Поэтому вы кого конкретно критикуете? Кто так говорит? Александр Кыцко: «Игорь Александрович продолжает не замечать, что идеология на России который год как сформирована. Это экспансия, проще говоря, война». Вы знаете, я уже дискутировал на эту тему. Я против того, чтобы называть идеологией вот всё, что попало. Там сапоги всмятку, там войну, ещё что-то. Это всё не идеология. И я в данном случае выступаю за культуру мышления. Потому что когда вы расширяете — я хорошо знаю, как работает, так сказать, понятие значения слов. В некоторых случаях, если слово предельно расширяет значение, то оно теряет смысл. И если идеологией называть всё, что попало, то теряет смысл само понятие, и оно становится неработающим. То есть я вижу разницу между идеологиями. Вот идеологии — коммунизм, фашизм, либерализм. Это то, что, во-первых, описано в текстах всегда. Не существует идеологии, которая не описана в текстах. И второе, это важно, то, что она предусматривает некий образ будущего всегда. А в России, в путинском фашизме, на этом месте зияет пустота. И эту пустоту очень болезненно ощущают российские пропагандисты, которые просто воют буквально: дайте нам идеологию. Её нет. В России, в российском фашистском рейхе создана вот такая конструкция без идеологии. Война не является идеологией. Можно, конечно, метафору сочинить — идеология войны. Но тогда надо объяснить, в чём эта идеология. А здесь её нет. Поэтому и воют российские пропагандисты о бессмысленности этой войны. Никто не может объяснить, зачем она идёт. Андрей Адаменко. Ну вот уже на протяжении нескольких эфиров, на протяжении нескольких стримов Андрей проводит одну и ту же линию. Это то, что здесь он пишет уже: «Американские юридические фирмы разъясняют: закон Грэма сохраняет широкие президентские исключения и санкции. Для такого исключения сам закон требует обоснованного доклада Конгрессу, а не разрешающего голосования. И ещё, думаю, что всем, кто называет себя экспертом, уже сейчас трудно конкурировать с неспециалистами, вооружёнными искусственным интеллектом. Им придётся не сладко. Одного авторитета недостаточно, нужны аргументы». Значит, ну давайте я начну с конца. Да, вы абсолютно правы. Искусственный интеллект съедает целые специальности. Люди просто остаются без работы. Это правда. Но я хочу только одно сказать, что вы знаете, искусственным интеллектом надо уметь пользоваться, надо задавать ему точные вопросы, уточнять, то есть, условно говоря, с ним работать. И дурак с искусственным интеллектом, он всё равно остаётся дураком. Потому что интерпретировать ответы приходится самому. А иногда это бывают совершенно дурацкие интерпретации. Использование искусственного интеллекта не делает людей умнее. Это инструмент. Вот теперь главное, то, что вы пишете. Понимаете, дорогой Андрей, скажите мне, пожалуйста, а что такое обоснованный доклад? Вот вы упоминаете, цитируете — обоснованный доклад. А что такое обоснованный доклад? Кто должен признать его обоснованным? То есть по идее Трамп может представить любой доклад, написать на нём «обоснованный» и дальше снимать санкции. А кто должен признать, что это обоснованный доклад? Вы же говорите о том, что это без обсуждения. Вот написано «обоснованный», значит надо верить. Я думаю, что обоснованность доклада может признать только суд. И я уверен в том, что санкции с России Путину снять, Трампу снять не удастся. Потому что любой суд признает необоснованность этих действий.
- 38
- 4