Китай не является коммунистической страной. Нет ни одной страны мира, которую бы ортодоксальный коммунизм от Ленина, Троцкого, Маркса или Мао привел бы к процветанию. Китай стал сверхдержавой, отказавшись от коммунизма в пользу капитализма и национализма. Частный сектор доминирует в большинстве показателей. Частные предприятия дают около 60% ВВП, более 80% городских рабочих мест, свыше 70% технологических инноваций и составляют более 90% всех предприятий. В 2025 году частный сектор снова набирал долю среди крупнейших компаний по рыночной капитализации. Сохраняются отношения между капиталистом и наёмным работником. В частной компании собственник владеет бизнесом и получает прибыль, работник продаёт свой труд за зарплату. В марксистских категориях это капиталистическое производственное отношение — независимо от названия правящей партии. Можно накапливать и наследовать частное богатство. Статья 13 Конституции защищает законную частную собственность и право наследования. Это позволяет воспроизводить имущественные различия между поколениями; бесклассовое общество в Китае не создано. Рыночные механизмы и частная собственность. Существуют фондовые рынки, миллиардеры, иностранные инвестиции, частная собственность на жильё и бизнес (конституционно защищена с 2004 года). Государственные предприятия (SOE) сильны в стратегических секторах (энергетика, финансы, инфраструктура, телеком), но экономика в целом рыночная и конкурентная. Дэн Сяопин прямо говорил, что рынок и план — это инструменты, а не суть системы. Классы и неравенство сохраняются и даже усиливаются. Есть капиталисты (их принимают в КПК с эпохи Цзян Цзэминя), средний класс, бедные слои. Высокое имущественное неравенство. Это противоречит цели бесклассового общества. Интеграция в глобальный капитализм. Членство в ВТО, экспортно-ориентированная модель, привлечение капитала — всё это признаки рыночной, а не коммунистической экономики. Рост экономики и качества жизни начался именно после отказа от маоистской коммунистической модели. Коммунизм как конечная цель предполагает отмирание государства, бесклассовое общество и власть трудящихся. Китайская политическая система этому не соответствует. Сильное государство и иерархия, а не отмирание государства. КПК монополизирует власть, контролирует армию, СМИ, суды и кадры. Государство не «отмирает», а усиливается (особенно при Си Цзиньпине). Это авторитарный однопартийный режим (с формальными «демократическими» партиями-сателлитами). Прагматизм и национализм вместо чистой идеологии. Главный приоритет — экономический рост, технологическое развитие и «великое возрождение китайской нации», а не построение бесклассового общества. Коммунизм отодвинут в «далёкое будущее». Формула «социализм с китайской спецификой» — это гибкий идеологический щит, позволяющий любые рыночные меры, пока они работают («неважно, какого цвета кошк, если она ловит мышей»). Авторитаризм ≠ коммунизм. Однопартийность и ограничения свобод сами по себе не делают систему коммунистической. Многие авторитарные режимы (военные диктатуры, монархии и т.д.) не являются коммунистическими. Китайская система ближе к партийно-государственному авторитаризму с рыночной экономикой. Отсутствие движения к коммунистическим целям. Нет политики ликвидации классов, частной собственности или денег. Наоборот, поощряется предпринимательство, частная собственность и потребление. Партия легитимирует себя через результаты (рост, стабильность, национальная мощь), а не через приближение к бесклассовому обществу. #вехи
- 1
- 1