И вот ещё один интересный момент. Вы практически никогда не увидите у современных язычников полноценного воспроизведения жертвенных обрядов, которые существовали у древних народов. Ну, то есть можно собраться на капище, разжечь костёр, попеть песни, поводить хороводы, произнести какие-нибудь заклинания и разойтись по домам. Но никто не собирается регулярно приводить быка и приносить его в жертву Перуну. Хотя жертвоприношения животных в дохристианской религиозной практике восточных славян, насколько позволяют судить письменные свидетельства, действительно существовали. В летописных рассказах встречаются и упоминания человеческих жертв, хотя переносить отдельные свидетельства на всё славянское общество было бы неправильно. Причём для древнего человека жертвоприношение не было экзотическим развлечением или способом красиво провести выходной. Это была часть религиозной системы, в которой жертва воспринималась как дар божеству, форма обмена с высшими силами, просьба о защите, урожае, победе или благополучии общины. Такие обряды могли сопровождать важнейшие события календарного года, хозяйственной жизни и общественных отношений. А само жертвенное пиршество нередко становилось ещё и способом объединить общину: люди участвовали в общем ритуале, делили пищу и подтверждали свою принадлежность к коллективу. В общем, смотреть на всю эту историю я бы предложил не столько как на возрождение древней религиозной практики, сколько как на определённую субкультуру. Такой своеобразный русский New Age, в котором народное мифотворчество смешалось с эзотерикой, историческими реконструкциями и фантазиями отдельных авторов. К реальным верованиям древних славян всё это имеет весьма опосредованное отношение. Мы наблюдаем не восстановление утраченной религии, а создание новой системы представлений, которая использует образы и имена из прошлого. При этом я не вижу особых проблем в существовании подобных сообществ, пока их участники не начинают радикализироваться, проповедовать насилие или устраивать травлю людей с другими взглядами. Хотят сидеть в лесу, водить хороводы вокруг капища, петь песни и кормить конфетами деревянного Перуна — да пожалуйста. Каждый сходит с ума по-своему. В конце концов, у людей есть право на собственные странности, пока они не превращают их в проблему для окружающих. Другое дело, что не стоит путать эту современную субкультуру с подлинной историей и культурой наших предков. Интересоваться славянской мифологией, изучать археологию и фольклор — прекрасно. Но когда современные фантазии начинают выдавать за тысячелетнюю традицию, а собственные обряды — за точную копию того, что происходило на древнерусских капищах, тут уже начинается подмена понятий.
- 3