Специально для телеграм-канала «Депутатские будни» ВОПРОС РЕБРОМ. Эксперты говорят о том, что экономика России столкнулась с кризисом в корпоративном кредитовании. С 2022 года количество компаний и индивидуальных предпринимателей, допустивших просрочку по банковским кредитам, выросло втрое, достигнув почти 200 тысяч. Рост проблемной задолженности совпал с периодом экономического торможения и рекордного удорожания денег, когда ставки по кредитам превысили рентабельность большинства отраслей. И - как следствие - волна дефолтов неизбежна. Зампред комитета ГД по экономической политике Артём Кирьянов: Не могу разделить алармистских настроений в части предбанкротного состояния или банкротства в ближайшем будущем значительной части российских компаний. Дело в том, что экономика в период специальной военной операции отличается от стандартной экономической модели. И мы, и законодатели, и правительство в течение ряда лет осуществляем политику баланса. И, соответственно, главная цель сегодняшнего дня – это развитие экономики на основе стабильности. В этом смысле ведется работа и по ситуациям с банкротствами. Соответственно, думаю, что принципиально мы движемся к снижению ключевой ставки, но это движение увязано со всеми социально-экономическими процессами, которые идут в стране, и оснований для предположений о неизбежном банкротстве четверти российских компаний нет никаких. В том числе особую значимость приобретает вопрос обеления российской экономики. Это один из приоритетных векторов, поскольку обеление даст нам необходимый экономический эффект и в том числе будет служить новой базой для формирования кредитных отношений для тех компаний, которые выйдут из тени, покажут действительно актуальные параметры оборота и прибыли. Соответственно, таким образом будут расширяться возможности перекредитования. Директор Института нового общества, экономист Василий Колташов: Дело в том, что высокая ставка Банка России сохраняется на фоне, с одной стороны, девальвации рубля более чем на 20% с мая, а с другой стороны, причина инфляции это девальвация рубля. При этом мы находимся в реалиях резкого улучшения конъюнктуры для российской экономики и закрепления улучшенной конъюнктуры. Мы видим мировые цены на нефть не 60, а 100 долларов. Мы видим резкое повышение цен на природный газ, на удобрения, рост заказов на российские углеводороды в условиях, когда возник дефицит углеводородов аравийских. И это более всего должно усиливать российскую экономику, должно помогать ей. Потому что мировой рынок буквально сигнализирует, что российская экономика должна устойчиво и быстро расти. Расти, понимаете? Но мы в экономике наблюдаем иную ситуацию. Мы наблюдаем практически спад. На уровне статистики это балансирование на грани спада. Пожалуй, только машиностроение развивается в хорошем темпе. В целом даже обрабатывающая промышленность потеряла темпы роста, что свидетельствует о проблемной ситуации в экономике в целом. Домашние хозяйства были подвергнуты стрессовому воздействию. Люди летом снимали деньги, прятали их. То есть включилось антикризисное сберегательное поведение у населения. И это привело к тому, что ощущение кризиса только усилилось. При том, что налицо все формальные признаки спада. Одна из них — сверхвялость сферы услуг. И вопрос только в том, почему Банк России ничего не сообщает нам о планах работы с этой проблемой.
- 3
- 2