Первый и последний раз я билась за мужчину, когда мне было пять лет. Звали избранного Семёном, и он чалился со мной в одной детсадовской группе уездного города П. Была я тогда не шибко чтобы эффектная. Мама бантик завязывала так, что затылок давило, и глаза становились раскосыми, как у гейш за большие тыщи, хотя до этого в родословной из восточного у меня имелись лишь китайские кроссовки. Одевали меня чистенько, но бедненько, посему шансов стать местной звездой выходило по нулям и даже где-то чуть-чуть в минус. Но в пять лет это меня волновало не сильно, по крайней мере до определённого времени. На противоположном конце моего тогдашнего бытия существовала Катенька. Катенька была, что называется, девочкой с большой буквы Д. Из таких, как правило, вырастает женщина с большой буквы Ж. Вся такая воздушная, к поцелуям зовущая. Это дар, невозможно такое благоприобрести, только родиться. Мужчины уже тогда падали перед ней штабелями, хотя из мужского в них было только ФИО в метрике и шортики. У нас с Семёном на сончасе были смежные кровати. Этот факт, собственно, и послужил началу нашей любви. Как все нормальные дети в отведённое, дневное время мы не спали, о чём конечно же жестоко пожалели во взрослой жизни. Мы болтали. И в этих самых разговорах, где-то между «есть ли дед Мороз», «пенка на молоке - вселенское зло» и «у тебя тоже папа есть только в воскресенье?», я решила выйти за Семёна замуж. Потому что в схеме - привлекательна -чертовски привлекателен - главное не терять время и не менжеваться. Бракосочетание, правда, отложила практически на старость - лет эдак на шестнадцать - но галочку в блокнотике поставила. Молча, само собой, даже в пять лет я знала, что мужчину надо брать или измором или эффектом неожиданности. Когда совсем край - совмещать. Собственно, у нас и без этого всё складывалось. Семён принёс мне из дома конфету и машинку, которую почти не жалко. Это явно был знак. Мы были упоительно и обоюдно счастливы - ровно до того момента, пока Катеньке что-то от Семёна однажды не понадобилось. Что-то навроде поиграть в семью - в стройной схеме косплея не хватало пусть и не самого важного, но местами нужного элемента. А у взрослых в оригинале он был. И Семён ушёл в папы - ну, и от меня заодно, ибо залип. Сейчас-то я понимаю, что не попасть в сети женщины-феи невозможно никому и никогда - природа. Это как пикироваться зубочисткой с атомной бомбой. А тогда... Тогда я решила бороться за свои отношения. То есть, бить причастных. И устроила Катеньке (Семёна простила по умолчанию) тёмную в туалете. Потому что высокий штиль словесного спарринга никогда не был моим коньком, зато рука была тяжёлая, не смотра на анорексичный вид. Дальше было обыденно. Родительское недоумение с обеих сторон. А с вашей девочкой всё нормально? Вот к чему приводит безотцовщина! Проси прощения, Полина, не плачь, Катенька. И так далее. А Семён, что Семён. Женская драка - это всегда зрелищно и, как правило, всегда за мужика. Ну, или за деньги, а в концовке - потом-таки за мужика. Отморозился Семён. Одно не обидно, что от обеих. Выбрал Колю - в смысле временно забыл про дурных баб и сосредоточился на мужской дружбе. Потому что с ней всё понятно, а с бабами всегда нет. Табакерка
- 2
- 1