В петербургской больнице № 20, по версии следствия, «мёртвые души» получали зарплату живее врачей, а ревизор сама оказалась внутри схемы. Восемь лет и 71 фиктивно оформленный человек — так сегодня выглядит цена кадровых приказов, которые годами проходили через государственное учреждение. Следствие оценило ущерб в 1 687 456 175 рублей. «Ротонда» сообщила, что в 2016 году главврач Татьяна Суровцева предложила своему заместителю по экономике Наталии Чохе оформлять близких и забирать их зарплату. Следствие включает в основной круг главбуха Ольгу Яковлеву, её коллегу Людмилу Яковлеву, кадровика Алису Костенкову, юрисконсульта Инну Коваль, бывшего главбуха администрации Московского района Валентину Резникову, директора банковского офиса Оксану Горбунову и сотрудницу контроля ТФОМС Наталью Глыбоцкую. Сейчас 22 человека судят в пяти отдельных группах дел; Суровцева остаётся в международном розыске. Эта конструкция держалась на горизонтальных связях. Кадры оформляли людей, бухгалтерия начисляла деньги, юрист работала с картами фиктивных сотрудников, а контрольные звенья, по версии следствия, помогали переживать проверки. Софья Чулкова рассказала «КП-Петербург», что главбух районной администрации должна была проверять расходы больницы, при этом её дочь и родственники числились среди фиктивных работников. Сотрудница ТФОМС, входившая в проверяющую комиссию, по версии следствия, предупреждала о ревизиях и сообщала о нарушениях, найденных в других медучреждениях. У этой вертикали была редкая эффективность: каждый новый фильтр превращался в ещё одну дверь для денег. Особенно выразительно рядом с этим выглядит официальная витрина. В 2015 году Суровцева как сопредседатель петербургского «Народного фронта» объясняла, что движение контролирует закупки оборудования и эффективность его использования в здравоохранении. В 2020 году городской Комитет по внешним связям наградил её «Золотым львом» за «подвижническую работу» и писал о «титанических усилиях». Больница тогда ежедневно докладывала комитету о состоянии дел по поручению губернатора Александра Беглова. Публичный контроль сиял, награды вручались, а зарплатный контур, согласно обвинению, уже четыре года кормил фиктивных сотрудников. Побег оставил ещё один этаж вопросов. «КП-Петербург» передала слова руководителя следственной группы Софьи Чулковой: фактов предупреждения не выявлено, однако следователь допускает, что Суровцевой могли сообщить о начавшихся обысках. Документально подтверждён её выезд в Турцию. Аргентина остаётся версией, основанной на ВНЖ и гражданстве родственников; Испания возникла из медицинской справки, достоверность которой следствие оценить не смогло. Арестованные активы и счета оценены в 2,2 млрд рублей — больше предъявленного ущерба. Эта цифра пока означает обеспечительную меру: судьбу имущества, гражданского иска и возможной конфискации решит суд. Не установлен и личный денежный итог Суровцевой: следствие утверждает, что наличные не оставили прослеживаемой цепочки. Если суд подтвердит обвинение, Петербург получит памятник контролю, который восемь лет исправно контролировал сам себя. Главный риск шире одной больницы: кадровая база, зарплатные ведомости и независимость ревизоров в других медучреждениях требуют проверки по тем же связям. Иначе следующая «оптимизация» снова начнётся с живых врачей, пока мёртвые души продолжат получать премии. Присылайте дополнительную информацию по инструкции ©️ https://t.me/criminalru | ✒️ Для обращений