Массовые протесты и беспорядки во Франции сопровождаются столкновениями с полицией и мародерством

Людей держат за скот @Ludeiderzhatzascot Политика и власть27 октября 2026, 19:09

Заметили, что во всех нынешних политических разборках, от Белграда до Дели, всё отчётливей выпирает один и тот же фактор - возрастной. Вучича сегодня фактически вынесли из политики студенты. В соседней Албании студенты жгут министерства и требуют отставки Рамы, который сидит с 2013-го. В Европе улицы громит молодёжь, половина которой - дети мигрантов. В Индии против Моди поднялась «Партия тараканов». Перед этим та же волна прошла по Бангладеш (Хасина, 76 лет, улетела на вертолёте), по Непалу (Оли, 73, сбежал после того, как сожгли парламент), по Индонезии, Марокко, Перу, Мексике. Везде один сценарий: деды у власти, двадцатилетние на улице, силовики выжидают, чем кончится. Выросло новое поколение. А старое место им уступать не собирается. Медицина продлила активную жизнь лет на двадцать, и выходит поколение, пришедшее к власти в 90-е - до сих пор харахорится. 80 лет у них сейчас - рабочий возраст. Но не только в начальниках дело, за ними целый электоральный пласт - многочисленные пенсионеры, которые дисциплинированно голосуют и требуют, чтоб пенсии и соцвыплаты им обеспечивало поколение, которого вдвое меньше по численности. В двадцатом веке это поколение успело выбить себе солидарные пенсии, рассчитанные на трёх работающих на одного старика, и жильё, купленное за копейки в 80-е. Теперь оно выставляет молодым счёт за своё долголетие. В Испании новая пенсия - 1 666 евро, а молодёжь работает за 1200 - 1500 и снимает квартиру у тех же пенсионеров, оплачивая их пенсию второй раз. Дети мигрантов, которые сами без работы, платить и вовсе не планируют. В Перу всё это проявилось буквально: конгресс обязал всех с 18 лет платить в пенсионные фонды, через две недели молодёжь вышла на улицу и через месяц конгресс снял президента. Но дело даже не в деньгах. Это идейно совершенно разные люди. У двадцатилетних другое отношение к патриотизму (в лучшем случае безразличное), к государственной власти (начальство по умолчанию воры и дураки), к традиционным связям, к семье, к сексуальным девиациям, к территории и границам, за которые старшие готовы отправлять их воевать. Российско-украинская война во многом тоже поколенческий конфликт. Опора украинских майданов - тогдашняя молодежь, сегодняшние сорокалетние. Средний возраст украинских элит и офицерского корпуса намного ниже, чем в России. Война задумана людьми с картиной мира образца 80-х, где всё решает территория и зоны влияния. А те, кому двадцать, эту историю игнорируют и бегут от мобилизации. Устроены молодежные движения тоже по-новому. Партий во главе, как правило, нет. Только децентрализованные сетевые структуры, без лидеров, чтоб некого было купить или посадить. Марокканское GenZ 212 родилось в дискорде, индийские «тараканы» выросли из мемов в инстаграме. Ролики из Катманду смотрели в Джакарте, Рабате и Лиме, и через пару недель там был тот же пиратский флаг из японского аниме. Что-то подобное было пять лет назад, когда гонконгцы, тайцы и бирманцы обменивались тактикой уличных боёв под названием «Альянс чая с молоком» (все трое пьют чай с молоком, китайцы - нет). Все политики сейчас пытаются понять, как с этим поколением работать и как это возглавить. Моди завёл вертикальные видео в инстаграме, министр здравоохранения Индии садится за стол с тараканами. Вучич обещал повысить стипендии и зарплаты, потом уголовные дела, потом снова стипендии. Старая парламентская оппозиция во всех перечисленных случаях бегает рядом и просится в вожди - в Сербии студенты её отшили, в Индии к колонне тараканов сзади пристраивается старейшая партия Индийский национальный конгресс. Спецслужбы ищут иностранный след, ведь им так положено. Но в основе всего миллионы безработных выпускников, и это не исправить ни стипендиями, ни видосиками в инстаграме. Редкие политики понимают, какую лапшу вешать этому новому поколению. Лула в свои 81 держится на молодом левом активе, Меланшон в 75 собирает голоса французской молодёжи и детей мигрантов, Сандерс в 85 собирал стадионы студентов. Все трое говорят с молодыми на языке социальной обиды и ненависти к истеблишменту, частью которого сами являются лет пятьдесят. В Латинской Америке молодёжь уходит направо, к Милею, Букеле и Касту, так как политические элиты там в основном левые. Остальные пытаются говорить им про родину, веру и традицию, а в ответ получают тараканов)