Игорь Гаврищак, ещё один мой постоянный собеседник, украинский журналист, у которого ещё в большей степени русский неродной, это иногда даже чувствуется. То есть он периодически, ну, общается, естественно, на русском со мной, но иногда даже там чувствуются некоторые усилия. Он вспоминает какие-то русские слова. И использует украинский. То же самое: «Олешки». То есть для того, чтобы сказать «Олешки», надо либо включать вологодский, а не украинский акцент, либо переносить ударение. Говорить «Олешки». Но другого выхода я не вижу. Ирина Сват: «Уже не триллионер. Это в списке хронометража пропущено начало о потерях Илона Маска». Так. Алекс: «Хотелось бы услышать ваше личное мнение конкретных участников, в чём заключалось их личное участие в развале СССР». Ну, частично я уже ответил на этот вопрос. Любуля: «Игорь Александрович, если получится, выпускать философский довесочек, будет здорово». Я ищу возможности. Я просто, понимаете, вот ни с того ни с сего утром проснуться и начать говорить о Сократе или о Пифагоре, ну, это странно. То есть надо какую-то привязку всё-таки к актуальности. Либо к тематике, либо к дате. В общем, что-то надо придумать. Пока думаю над этим.
- 62
- 46