3. 11 октября 2022 года лидеры «Большой семерки» предупредили Путина о «серьезных последствиях» в случае применения Россией ядерного оружия. Но опасения по поводу применения Россией ядерного оружия продолжали расти. Украина вынуждала российскую армию к очередным унизительным отступлениям в Херсоне и Запорожье, двух других территориях, которые Путин только что объявил территорией Москвы. Министр обороны России внезапно позвонил своим американским, британским и французским коллегам, чтобы заявить, что Украина готовит «грязную бомбу». Эти заявления лишь усилили опасения, что Путин сам собирается нажать на кнопку. Когда Варниг вернулся из России, он пригласил Конна и Форесмана встретить его в аэропорту Франкфурта 26 октября. Американцы опаздывали и чуть не опоздали на рейс Варнига перед его вылетом на круизный отдых с семьей у берегов Африки. Они успели в аэропорт как раз вовремя, но Конн сказал Форесману, что ему нужно несколько минут побыть наедине с Варнигом. Форесман принес напитки и сел за отдельный столик, беседуя с женой Варнига, Еленой. Варниг рассказал Конну, что провел предыдущий вечер наедине со своим другом. Он зачитал из своего блокнота ответ Путина: «У меня нет выбора, кроме как проводить военные операции». Но, как зачитал Варниг, «я очень открыт для переговоров. Я хочу говорить о решениях. Я хочу мира для Украины». Стамбульские переговоры, провалившиеся в апреле, могут стать отправной точкой для дальнейших переговоров. «Нам нужно решить эту проблему. Я хочу, чтобы решение действовало сто лет», — зачитал Варниг. «Если другого выбора нет, я продолжу, зная, что это будет болезненно. Но я не могу вернуться назад и готов бороться». Путин хотел, чтобы США начали переговоры на высоком уровне: советник по национальной безопасности США Джейк Салливан должен позвонить своему российскому коллеге Ушакову. Форесман подошел с еще одним бокалом вина для Варнига. «Знаете, я проделал весь этот путь не только для того, чтобы подавать напитки Матиасу», — сказал он. Его пригласили присоединиться к ним. Конн спросил Варнига: «Вы считаете, что ядерная угроза все еще существует?» Он заметил, что Варниг выглядел более расслабленным, чем на предыдущих встречах. «Все хорошо», — сказал Варниг. Конн с удивлением заметил, как быстро, казалось, рассеялась угроза. Позже, когда он ехал домой из аэропорта, по радио в машине заиграла кавер-версия песни «Let It Snow» группы Chicago в стиле софт-рок. «Я никогда в жизни не был так счастлив», — говорит он. Ядерный кризис закончился. На следующий день на конференции по внешней политике Путина спросили о возможности ядерной войны. На этот раз он дал заметно более примирительный ответ. Он заявил, что Россия никогда не рассматривала возможность применения ядерного оружия, и сказал: «Нам это не нужно. Для нас в этом нет ни политического, ни военного смысла». В последующие недели появились новости, что Салливан конфиденциально беседовал с Ушаковым и другим высокопоставленным российским чиновником в рамках попыток США избежать ядерной войны. Конн и Форесман восприняли информацию как знак того, что послание Варнига возымело желаемый эффект. «Похоже, ситуация налаживается. Вполне возможно, что наши усилия сыграли свою роль», — написал Конн в сообщении на Signal. «Э-э, я думаю, они в первую очередь имеют в виду наши усилия, к счастью, без упоминания каких-либо подробностей или имен», — ответил Форесман. «Согласен. Я просто проявил несвойственную мне скромность», — написал Конн. «Я и не знал, что ты на это способен», — ответил Форесман. Конн предложил следующие шаги. «Всё уже решено, фух! Может, поговорим или встретимся в ближайшее время, чтобы продолжить наши усилия по спасению мира?»
- 20
- 12
- 5
- 5
- 3
- 1
- 1