«Войну нужно закончить в XXI веке, но сначала Путин требует согласовать итоги IX». Европейская дипломатия продолжает сталкиваться с весьма специфическим препятствием на пути к завершению войны в Украине — неудержимой тягой Путина к средневековой истории. Президент Финляндии Александр Стубб и премьер Норвегии Йонас Гар Стёре решили лично обсудить с престарелым Вождём перспективы мирного урегулирования в преддверии ноябрьских переговоров в Абу-Даби. Разговор планировали уложить в полчаса. В результате он растянулся на 90 минут, значительную часть которых Путин посвятил лекции о средневековых славянах и пресловутых «первопричинах конфликта». Вопрос немедленного прекращения огня практически остался без внимания. Впрочем, исторические экскурсы давно стали неотъемлемой частью путинской дипломатии. Такер Карлсон рассчитывал на интервью — получил лекцию о Рюрике. Трамп на Аляске пытался обсуждать мирное соглашение — вновь пришлось погружаться в биографии средневековых князей. Проблема здесь значительно глубже очередного эксцентричного выступления. История в кремлёвской интерпретации превращается в универсальный инструмент обоснования территориальных претензий. Причём обсуждать её можно бесконечно, каждый раз отодвигая разговор о прекращении боевых действий и конкретных условиях мира. Собственно, и нынешняя беседа не принесла признаков смягчения российской позиции. По информации Reuters, Путин подтвердил требование передать РФ весь Донбасс — включая территории, которые российская оккупационная армия так и не смогла занять за годы войны. Отдельной иронии заслуживает выбор аудитории. Финляндия десятилетиями придерживалась политики военного неприсоединения, но после российского вторжения в Украину вступила в НАТО. Теперь же президент страны, получившей благодаря путинской политике дополнительную мотивацию присоединиться к альянсу, вынужден выслушивать объяснения исторической правоты Кремля. Пока европейские лидеры ищут формулу прекращения огня, Москва продолжает предлагать им обсуждать события тысячелетней давности. И в этом, пожалуй, заключается главная особенность путинских мирных переговоров: будущее миллионов людей оказывается заложником прошлого, которое один человек в маразме считает своим исключительным правом толковать. Войну нужно закончить в XXI веке, но сначала Путин требует согласовать итоги IX.
- 15
- 3
- 2
- 1