Одна из невидимых глазу внешнего наблюдателя, но драматичных битв текущего момента -- это попытка втиснуть производителей дронов для армии в рамки стандартного Гособоронзаказа, по которому работает весь остальной ВПК. "Мы все умрём!" -- вопят производители. "Таков путь" -- отвечает им Система. Я не буду вдаваться в детали аргументации сторон -- оставим это для Очень Важных Совещаний. Но, пользуясь моментом, немного расскажу об архитектуре ГОЗ как такового. Из этого будет понятно многое -- в том числе, например, и то, почему наш ВПК многие годы плодил "аналоговнеты", но оказался в эпоху СВО крайне малопригоден и к реальным военным инновациям, и к массовому дешёвому производству наиболее востребованных на фронте изделий. Настолько, что Минобороны пришлось начиная с 2022-го свыше 20% закупок (включая всё беспилотие) пускать буквально мимо ГОЗа, по наскоро придуманным сумрачным гением ЗМО Криворучко обходным схемам. Схемы эти сейчас не критикует только ленивый (и в целом по делу), но если б не они, войну мы проиграли бы уже в 23-м. Основополагающий документ Гособоронзаказа -- это закон №275-ФЗ, вступивший в силу в декабре 2012 (!) года. С тех пор его латали-перелатывали, я насчитал 32 (!!!) отдельных закона о внесении изменений и дополнений в закон о ГОЗ, две трети из которых были приняты уже в 2020-е; но в своей базовой логике он остался именно таким, каким был принят 14 лет назад. И для того, чтобы понять эту логику, необязательно вчитываться в сам закон (хотя я его, кажется, уже наизусть помню) -- достаточно вспомнить, какие задачи решала страна (и, в частности, законодатель) в 2011-2012 годах. Министром обороны, напомню, был тогда всё ещё Сердюков (уволен как раз в ноябре 12-го). С его стороны основными "проектировщиками" и согласователями закона был дамский коллектив во главе с незабвенной мадам Васильевой (конкретно ГОЗом занималась тогда Дарья Морозова во главе одноименного департамента). Кроме того, в те годы ударными темпами строился Ростех (создан как раз в 2007-м, одновременно с приходом Сердюкова), в который собирались прежде разрозненные предприятия старосоветского ВПК, и второй стороной проектирования стал его тогдашний топ-менеджмент. За что боролись? Приоритеты были такие. Во-первых, максимально оптимизировать и по возможности уменьшить расходы государства на разработку, производство и закупку оружия (мы же не воевать собирались, а олимпиаду в Сочи проводить). Но при этом -- максимально сохранить кадры военных производств и уровень оплаты труда: это было важно политически -- напомню, какую роль сыграл Уралвагонзавод в драматичных событиях зимы 2011/12, и фамилию Холманских. Ну и в целом, ВПК -- это ведь ещё и естественный резервуар голосов за кого надо когда надо. Ещё всячески боролись с "перекупами" (привилегированными поставщиками, которые знают входы-выходы и продают втридорога в МО то, что сами покупают по дешёвке). А ещё уже тогда вовсю занимались так называемым "импортозамещением" -- чтобы мотивировать производителей делать самим то, что они привыкли покупать на стороне. В итоге наиболее проработанным элементом ГОЗ стало что? Правильно: методика расчёта цены. Её базовая логика -- по Марксу: капитал это овеществлённый труд. Проще говоря: конечный поставщик мало того, что жёстко ограничен в норме прибыли, он ещё и прибыль эту может формировать только в качестве наценки за нормо-часы работы своих сотрудников. Проще говоря: ты купил разных железок, проводов, пластика и т.д., и сделал из всего этого, например, танк. Так вот: всё это в конечной структуре стоимости должно обходиться государству ровно во столько, во сколько ты сам это закупил (не более 1% наценки). Но при этом ты можешь накручивать до 25% сверху за работу своего коллектива по превращению в танк всей этой груды материалов. Однако тут тоже есть ограничения: зарплаты у тебя должны быть "средними по отрасли" (берётся из статистики Росстата). Если выше -- объясняйся с прокуратурой. К чему это привело? А очень просто: такой режим максимально комфортен для больших и огромных предприятий, где много сотрудников получает сравнительно маленькие деньги за низкоквалифицированный труд. Буквально: сотня мужиков с гаечным ключом и паяльником -- выгоднее, чем один современный станок, который делает то же самое, что делали они все. Поэтому крайне невыгодно вкладываться в повышение производительности труда, обновлять станочный парк, интенсифицировать производство: делая это, ты сам себя лишаешь возможности получать прибыль. Также практически невозможной стала горизонтальная кооперация и закупки чего-либо на открытом рынке. Всё выстроилось в вертикально-интегрированные цепочки смежников, где на финише -- крупные концерны, которые только и способны в силу масштаба вывезти сложную систему отчётности по скрупулёзно проработанным правилам и строгой системе проверки их соблюдения. Я как-то был в "Калашникове" в так называемой "комнате военпреда" -- самым сильным впечатлением был "журнал учёта журналов": третья производная бумажной отчётности. Продолжу ещё.
Перевод производителей военных дронов на стандартные правила государственного оборонного заказа
Похожие посты
- 💯 494
- 😢 85
- 🤬 74
- 🤔 27
- ❤ 22
- 😁 11
- 🙈 348
- 💯 154
- 😢 50
- 🤔 18
- 👍 13
- 👏 5
- 🤬 8
- ❤🔥 1
- 👍 1
- 😡 88
- ❤ 20
- 💯 7
- 🤣 4
- 💩 3
- 😭 2
- 💯 55
- ❤ 23
- ❤🔥 9
- 👍 3
- ❤ 44
- 😢 29
- 🔥 14
- ❤ 16
- 😱 10
- 🔥 5
- 👍 1