Командный центр по борьбе с фейковыми новостями, где «эльфы» срывают планы путинских троллей — The Sunday Times. Часть 2/2 Каждый четверг чиновники составляют оценку информационных угроз, стоящих перед Литвой. Выявляются различные информационные нарративы и оценивается их потенциальный ущерб для общества или государственных институтов. Каждому из них присваивается рейтинг риска, определяющий дальнейшие действия. Литовская команда применяет целый ряд мер реагирования на угрозы. Иногда чиновники публично разоблачают попытки манипулирования информацией; иногда они сотрудничают с компаниями соцсетей для ликвидации ботов. В других случаях они намеренно ничего не предпринимают, считая, что опровержение лишь усилит малоизвестный нарратив, который мало кто видел. В периоды повышенного риска у аналитиков есть всего 15 минут, чтобы оценить новую версию событий, распространяющуюся в соцсетях. «Наша главная цель — опередить наших противников, — говорит аналитик Виткаускас. — Если вы отстаёте, вы уже проиграли». Великобритания имеет непосредственный опыт в этом вопросе. Кир Джайлз, эксперт по России из Chatham House, заявил, что британские власти часто слишком медленно заполняют информационный вакуум в периоды социальных волнений. Он привел в пример беспорядки в Саутпорте, спровоцированные ложной информацией о личности нападавшего, на исправление которой у чиновников ушли часы. Литовцы часто пытаются пресечь враждебные нарративы до того, как они успеют распространиться. Волонтер рассказал, как он часами целенаправленно «отравляет» алгоритмы своих соцсетей. Он подписывается на аккаунты, распространяющие российскую пропаганду, просматривает их видео и «обучает» TikTok погружать его всё глубже в тот же информационный пузырь, с которым может столкнуться уязвимый литовский пользователь. «Я не прокручиваю ленту в поисках мрачных новостей, я прокручиваю ленту в поисках дезинформации», — сказал он. В одном из случаев он заметил видео в TikTok, пропагандирующее сепаратизм в районе литовского портового города Клайпеды, когда у него было всего около 50 просмотров. Уязвимость британской общественности заключается не в симпатиях к России, а в гневе по отношению к собственным институтам, считает Фиона Хилл, британский эксперт по России. Иммиграция является «огромной проблемой», и что в неблагополучных районах страны недоверие к правительству и другим институтам и без того велико. Трудность, по ее мнению, заключается в том, что подлинное недовольство может одновременно быть использовано враждебно настроенным субъектом. «Сложность заключается в том, чтобы донести до людей, что если они устроят беспорядки, то их могут использовать», — сказала Хилл. «У них могут быть искренние чувства, но их все равно могут использовать». Именно это различие Любинавичус и пытался подчеркнуть в связи с петициями по ядерной тематике. По его мнению, отделение подлинных внутренних недовольств от иностранных манипуляций — а также решение о том, как и стоит ли вообще доносить это различие до общественности — является, пожалуй, самой сложной частью его работы. «Я хочу всегда опираться на факты, — говорит он. — Ведь всегда легко попасть в эту ловушку и сказать: «О, Россия на нас нападает» или что Россия творит всякие гадости. Но настоящий вопрос всегда заключается в следующем: так ли это на самом деле? В какой степени это так? О чём именно мы говорим?» Подписаться Командный центр по борьбе с фейковыми новостями, где «эльфы» срывают планы путинских троллей — The Sunday Times. Часть 2/2 Каждый четверг чиновники составляют оценку информационных угроз, стоящих перед Литвой. Выявляются различные информационные нарративы и оценивается их потенциальный ущерб для общества или государственных институтов. Каждому из них присваивается рейтинг риска, определяющий дальнейшие действия. Литовская команда применяет целый ряд мер реагирования на угрозы. Иногда чиновники публично разоблачают попытки манипулирования информацией; иногда они сотрудничают с компаниями соцсетей для ликвидации ботов. В других случаях они намеренно ничего не предпринимают, считая, что опровержение лишь усилит малоизвестный нарратив, который мало кто видел. В периоды повышенного риска у аналитиков есть всего 15 минут, чтобы оценить новую версию событий, распространяющуюся в соцсетях. «Наша главная цель — опередить наших противников, — говорит аналитик Виткаускас. — Если вы отстаёте, вы уже проиграли». Великобритания имеет непосредственный опыт в этом вопросе. Кир Джайлз, эксперт по России из Chatham House, заявил, что британские власти часто слишком медленно заполняют информационный вакуум в периоды социальных волнений. Он привел в пример беспорядки в Саутпорте, спровоцированные ложной информацией о личности нападавшего, на исправление которой у чиновников ушли часы. Литовцы часто пытаются пресечь враждебные нарративы до того, как они успеют распространиться. Волонтер рассказал, как он часами целенаправленно «отравляет» алгоритмы своих соцсетей. Он подписывается на аккаунты, распространяющие российскую пропаганду, просматривает их видео и «обучает» TikTok погружать его всё глубже в тот же информационный пузырь, с которым может столкнуться уязвимый литовский пользователь. «Я не прокручиваю ленту в поисках мрачных новостей, я прокручиваю ленту в поисках дезинформации», — сказал он. В одном из случаев он заметил видео в TikTok, пропагандирующее сепаратизм в районе литовского портового города Клайпеды, когда у него было всего около 50 просмотров. Уязвимость британской общественности заключается не в симпатиях к России, а в гневе по отношению к собственным институтам, считает Фиона Хилл, британский эксперт по России. Иммиграция является «огромной проблемой», и что в неблагополучных районах страны недоверие к правительству и другим институтам и без того велико. Трудность, по ее мнению, заключается в том, что подлинное недовольство может одновременно быть использовано враждебно настроенным субъектом. «Сложность заключается в том, чтобы донести до людей, что если они устроят беспорядки, то их могут использовать», — сказала Хилл. «У них могут быть искренние чувства, но их все равно могут использовать». Именно это различие Любинавичус и пытался подчеркнуть в связи с петициями по ядерной тематике. По его мнению, отделение подлинных внутренних недовольств от иностранных манипуляций — а также решение о том, как и стоит ли вообще доносить это различие до общественности — является, пожалуй, самой сложной частью его работы. «Я хочу всегда опираться на факты, — говорит он. — Ведь всегда легко попасть в эту ловушку и сказать: «О, Россия на нас нападает» или что Россия творит всякие гадости. Но настоящий вопрос всегда заключается в следующем: так ли это на самом деле? В какой степени это так? О чём именно мы говорим?» Подписаться
- 22
- 10
- 5