❗️Дистанционное минирование Брянской области украинскими беспилотниками - это уже не просто очередная атака, а потенциально новая тактика ведения войны против российского тыла. То есть, мы уже обсуждаем сообщения о сбросе взрывных устройств врагом на территории школ и детских садов. Если намеренный выбор гражданских объектов подтвердится, речь может идти о военном преступлении. Это к вопросу о том, почему возбуждаются УД на все преступления хохлов. Интересно, что все это происходит накануне предполагаемых трёхсторонних переговоров России, США и Украины. Совпадение? Возможно. Рассмотрим четыре версии происходящего, которые приходят в голову: Систематическое устрашение населения. Цель - сделать небезопасной повседневную жизнь приграничья, парализовать дороги, социальные учреждения и заставить Россию расходовать дополнительные ресурсы на защиту тыла. Повторяемость таких атак делает версию наиболее убедительной. Проверка пределов российского терпения. Киев может выяснять, где проходит граница между привычной военной реакцией Москвы и ответом, способным изменить характер конфликта. По сути - проверка красных линий на практике. Простите за линии, друзья, саму корежит. Провокация перед переговорами. Расчёт может заключаться в том, чтобы спровоцировать Россию на максимально жёсткий ответ, а затем использовать его для обвинений Москвы в срыве дипломатического процесса. Операция с участием западных кураторов. Допустить заинтересованность отдельных западных сил в проверке российской реакции можно. У нас Европа со штатами бодается и конфликт между Россией и Украиной как нельзя кстати для манипуляций. Тем более интересы Киева и Вашингтона сегодня далеко не во всём совпадают. А теперь главное - как ответит Москва? Мой прогноз на ближайшие 2-4 недели, просто рациональные рассуждения в текущей ситуации: Усиление защиты приграничья при сохранении переговоров. Дополнительные меры противодействия БПЛА, разминирование, защита гражданской инфраструктуры. Однако, Кремль не станет разрушать отношения с Вашингтоном из-за действий Киева. Причины я описывала ранее. Мы сейчас в той ситуации, когда нам не нужна Украина, усиленная очередным разрывом отношений Россия/США. Это, пожалуйста, нам нужно маркером подчеркивать в голове. Расширение военного давления. Дополнительные удары по установленным военным объектам, связанным с применением беспилотников. При этом Москва постарается не допустить неконтролируемой эскалации. Это всего лишь мое предположение, подкрепленное только годами наблюдений за нашей позицией. Дипломатическое ужесточение. Россия предъявит американской стороне доказательства атак на гражданские объекты и потребует конкретных гарантий безопасности. Произошедшее станет дополнительным аргументом на переговорах. Бог в помощь, как говорится. Срыв переговоров и резкая эскалация. Пока считаю маловероятным. Но новые массовые атаки на мирных жителей способны существенно изменить ситуацию. А мы уже научились диктовать свою волю, наконец-то. Этот сценарий меня, как эмоционального человека, очень устроил бы. Есть и ещё один существенный нюанс: Между Россией и Украиной сейчас нет общего перемирия. Зато существует политический канал взаимодействия Москвы и Вашингтона, разрушать который Кремлю, повторяю, невыгодно. Поэтому наиболее рациональная стратегия Москвы - разделить два направления: продолжать переговоры с американцами и одновременно усиливать давление на украинское военное руководство. Под конец поста вот еще о чем подумала: Возможно, Киев (Лондон) проверяет не только пределы российского терпения, но и способность Вашингтона влиять на решения Зеленского. Насколько далеко можно зайти, прежде чем американцы начнут предъявлять претензии уже своему союзнику? Итак, если Москва не станет выбирать между военным ответом и дипломатией. Она попытается сохранить оба инструмента и тут есть опасность куда серьёзнее дипломатического скандала - превращение дистанционного минирования российского приграничья в повседневную практику. И если это произойдёт, никакая громкая риторика уже не заменит реальной защиты населения. Потому что эффективность государственной политики измеряется не количеством грозных заявлений, а тем, может ли ребёнок безопасно дойти до школы. Верю, что мы об этом помним.
- 48
- 11
- 4
- 1
- 1