Борьба за экономическую модель: конкуренция проектов и аппаратных групп 4. «Н»: На ПМЭФ-2026 замглавы АП Максим Орешкин заявил, что «возврата к прошлому не будет». П: Максим Орешкин достаточно ёмко сформулировал приоритеты новой экономической модели: освоение внутреннего рынка, снижение неравенства, новая международная кооперация, технологический и кадровый суверенитет, повышение эффективности производства, реинжиниринг институтов и развитие цифровых платформ. Безусловно, это противоречит идеям индустриализации и мобилизации экономики. В этом смысле модель Орешкина близка к модели Мишустина с его концепцией нового инвестиционного цикла. Каждая из предлагаемых моделей предполагает не только собственную экономическую логику, но и перераспределение институционального влияния. Усиление Минпромторга и госкорпораций объективно укрепляет позиции Мантурова и Чемезова. Перенастройка финансовой системы в пользу государственных инвестиций расширяет возможности Белоусова. Сохранение относительно сбалансированной модели развития гражданского сектора соответствует интересам Собянина. Таким образом, дискуссия о послевоенной экономике постепенно превращается в борьбу за контроль над ключевыми ресурсными потоками. «Н»: Главным сдерживающим фактором в этом противостоянии остаётся позиция Владимира Путина. П: Путин пока не демонстрирует готовности к масштабным экономическим изменениям, предпочитая сохранять существующий баланс. То, что Кремль второй год откладывает послание Федеральному собранию, — сигнал о том, что заниматься глобальной перестройкой там не хотят. Каждый из конкурирующих лагерей пытается укрепить собственные позиции, убедить главу государства в преимуществах своего проекта и подготовить аппаратную базу для его возможной реализации. Но пока в Кремле считают, что действующая модель не создаёт критических проблем, менять её не будут. Складывается ощущение, что нарастающая борьба экономических групп уже вызывает раздражение президента. Остановить продвижение конкурирующих проектов простым аппаратным сигналом становится всё сложнее: объективное состояние экономики требует решений, а заинтересованные группы не готовы отказываться от собственных претензий на управление ресурсами. При этом на самом верху основные усилия по-прежнему сосредоточены на военной повестке и международных договорённостях в логике условной «Ялты 2.0». В центре внимания остаются ситуация вокруг Константиновки, удары по инфраструктуре Киева и перспективы масштабного геополитического урегулирования. На этом фоне обсуждение будущей экономической архитектуры отходит на второй план. Однако чем дольше откладывается стратегический выбор, тем активнее элитные группы пытаются закрепить за собой ресурсы и полномочия. В итоге складывается ситуация, при которой экономические перемены становятся всё более необходимыми, но политическое решение о направлении этих перемен остаётся отложенным. «Н»: А без этого нет и смысла менять правительство. П: Да, многие просто не понимают, что смена правительства всегда была связана со сменой политической парадигмы. Сначала необходимо определиться, какую модель экономики мы собираемся строить в кризисной ситуации, и только затем подбирать исполнителей под её реализацию.
- 55
- 32
- 17
- 9
- 8
- 6
- 1