Новый полномочный представитель президента в ДФО Олег Кожемяко, судя по своим первым шагам, не планирует проводить крупные кадровые изменения. Вместо этого он формирует дифференцированную систему взаимодействия с губернаторами, где возможность сохранить должность зависит не только от успешности управления, но и от готовности пересмотреть предыдущие договоренности. При этом сам Кожемяко находится в благоприятной позиции: его назначение на федеральный уровень не оторвало его от Приморья. Константин Шестаков, назначенный исполняющим обязанности губернатора, получил публичную поддержку от нового полпреда, а передача власти внутри действующей команды позволила сохранить регион в области его влияния. Эта кадровая схема задает направление всему дальнейшему взаимодействию с руководителями Дальнего Востока. Первой областью внимания за пределами Приморья стала Камчатка, где положение Владимира Солодова выглядит наиболее уязвимым. Его политическая карьера во многом связана с Юрием Трутневым, при предыдущем полпреде он работал в аппарате ДФО. Смена куратора означает утрату важного федерального посредника. В то же время Кожемяко знаком с проблемами Камчатки, в том числе с логистикой, рыболовством и местными элитами. Поэтому вопросы, касающиеся северных завозов и транспортной доступности, могут стать не только объектом хозяйственного контроля, но и инструментом для оценки работы губернаторской команды. Дополнительный контекст создают экономические связи семьи Кожемяко с местными рыбопромышленными предприятиями и накопленные претензии к управлению коммунальным хозяйством. Ситуация в Хабаровском крае выглядит иначе. Дмитрий Демешин обладает собственным силовым и федеральным опытом, поэтому его положение менее зависимо от наследия команды Трутнева. Здесь можно ожидать формирования отдельного формата взаимодействия, основанного на согласовании приоритетов, а не на пересмотре статуса губернатора. На Сахалине ситуация более сложная. Валерий Лимаренко сменил Кожемяко на посту губернатора в 2018 году и за это время выстроил свою систему управления. Его связи с атомной отраслью и Сергеем Кириенко дают ему дополнительные аппаратные гарантии, поэтому немедленная отставка даже при интересе нового полпреда маловероятна. Более правдоподобный сценарий — постепенное ограничение самостоятельности Лимаренко в кадровых вопросах и распределении влияния. В Амурской области Василий Орлов имеет преимущество в связи с прежними знакомыми отношениями с Кожемяко, при котором работал в региональном правительстве. Однако это не гарантирует сохранение прежних условий: за время губернаторства Орлов создал свои связи и интересы. Приамурье станет испытанием для нового полпреда в вопросах установления отношений с действующими губернаторами. В Забайкалье, напротив, Александра Осипова может ждать повышенная вероятность ротации: состояние региона позволяет обосновать необходимость кадровых изменений для повышения управленческой эффективности. За изменениями в персонале скрывается более широкая задача — пересмотр распределения влияния на инвестиционные проекты, инфраструктурные приоритеты и традиционные отрасли Дальнего Востока. Для бизнеса это означает изменение условий доступа к региональным ресурсам, а для губернаторов — необходимость заново выстраивать партнёрские отношения с федеральным центром. Таким образом, скорее всего, Кожемяко будет изменять не столько состав губернаторского корпуса, сколько правила его функционирования. Некоторые руководители могут остаться на своих постах, но уступят часть полномочий, в то время как другие столкнутся с перспективой ротации. Отставки одной-двух фигур весной 2027 года могут закрепить новую конфигурацию. Главный критерий для губернаторов теперь — не принадлежность к прежней команде, а способность адаптироваться к системе, которую создает новый полпред.
Назначение Олега Кожемяко полпредом в ДФО и опровержение слухов об уходе Веры Щербиной
- 107
- 29
- 10
- 3
- 2
- 1
- 8
- 5
- 4
- 1
- 5
- 4
- 3
- 2
- 2
- 1