Вчера, 30 сентября, был День воссоединения Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики, Запорожской и Херсонской областей с Российской Федерацией. А практически одновременно появилась новость, о том, что процесс интеграции новых регионов снова растягивается во времени. Правительство внесло в Госдуму очередные изменения в федеральные конституционные законы о принятии в состав России ДНР, ЛНР, Запорожской и Херсонской областей. Полномочия специальной рабочей группы, которая занимается вопросами интеграции и жизнедеятельности новых регионов, предполагается продлить до 1 января 2030 года. И тут я решил освежить собственную память. Я почему-то был уверен, что первоначально установленный переходный период до 1 января 2026 года касался прежде всего ДНР и ЛНР. Логика была простая. ДНР и ЛНР к моменту воссоединения существовали уже восемь лет. Там были свои органы власти, законодательство, суды, силовые структуры, Народная милиция. Всё это надо было приводить к российскому законодательству - работа огромная, но хотя бы речь шла о реально существовавшей системе управления. С Запорожской и Херсонской областями ситуация другая. Значительная часть территории этих субъектов всё это время фактически находится вне российского контроля. Поэтому мне казалось очевидным, что и сроки полной административной и правовой интеграции там должны быть другими. Оказалось - нет. В федеральных конституционных законах 2022 года один переходный период - до 1 января 2026 года - был установлен для всех четырёх субъектов. Один секундомер включили одновременно для Донецка, Луганска, Запорожья и Херсона при совершенно разных стартовых условиях. Теперь реальность этот секундомер поправляет. И само по себе это меня не особенно удивляет. Невозможно окончательно интегрировать территорию в правовую, административную, коммунальную и экономическую систему государства, когда часть этой территории государство фактически не контролирует, а на другой продолжаются боевые действия. Меня цепляет слово. Интеграция. Я слышу его далеко не первый год. И особенно хорошо его знают люди, попавшие в так называемую «проблему 500». Когда добровольцы пытались понять, каким образом человек, который приехал воевать добровольно, не подписывал контракт с Министерством обороны и не подлежал мобилизации в ДНР, вдруг оказался записан мобилизованным, зачисленным в воинскую часть, а потом ещё и объявленным самовольно оставившим её, им объясняли происходящее в том числе переходным периодом. Интеграция. Народная милиция ДНР входит в состав Вооружённых сил России. Меняются структуры. Меняется документооборот. Огромное количество людей надо правильно провести через новую правовую систему. Ну и возникают, так сказать, шероховатости. Только вот у государственной машины довольно своеобразное представление о шероховатостях. Для чиновника шероховатость = это неправильно оформленная бумага. Для добровольца она может означать уголовное дело по статье 337 УК РФ. Розыск. Невозможность нормально оформить документы и выплаты. Годы доказывания того, что ты не виновен в том в чём тебя обвиняют. А некоторые из тех, кто числился СОЧ, в это время продолжали воевать и погибали на фронте. Вот такие шероховатости интеграции. И поэтому, когда сегодня я читаю, что интеграционные процессы придётся продолжать до 2030 года, сама дата меня не пугает. Наверное, это даже честнее, чем делать вид, будто огромный исторический, административный и правовой процесс можно закончить к дате, однажды написанной в законе. Но есть одна вещь, которую хотелось бы наконец усвоить за эти годы. Если государству нужно больше времени на интеграцию - пусть государство его получает. Но ошибки переходного периода нельзя оплачивать человеческими судьбами. Нельзя сначала объяснять человеку произошедшее «шероховатостями интеграции», а потом требовать, чтобы именно он отвечал за эти шероховатости по уголовному кодексу. Бумаги можно исправлять до 2030 года. Человеческую судьбу иногда уже не исправишь, а жизнь не вернёшь. @soldat_prav
- 55
- 9
- 3
- 2
- 1