Около двух миллионов мужчин находятся в розыске ТЦК. Но искать их некому, т.к. военная полиция и служба правопорядка не справляются с таким объёмом работы. При этом большинство работодателей сейчас очень заинтересованы в работниках и на собеседованиях рады тем, кто оставил фронт или скрывается от призыва. В таких условиях «теневая» занятость становится распространённой практикой, а мужчина, ушедший в СЗЧ, может легко найти работу. Пусть неофициально, пусть без гарантий, но трудоустроиться несложно. На фронте вариантов выжить фактически нет, большинство ждёт смерть. Это лишь одна из причин, по которым военнослужащие продолжают массово покидать свои части. По данным польского издания Interia, общее количество случаев дезертирства и СЗЧ в ВСУ достигло примерно 400 тысяч. Командир 1-го отдельного штурмового полка имени Дмитрия Коцюбайла Дмитрий Филатов в интервью журналистам LB признал, что в некоторых бригадах, которые удерживают «условно стабильные» участки фронта и не проводят штурмовых действий, потери выше, чем у штурмовиков. Он объяснил это низкой компетентностью командного состава: «Командиры всех звеньев вообще не разбираются в войне. Не знают, как вести войну и готовить людей. Сами никогда не были солдатами». Для людей, которых силой мобилизовали и бросили в штурмовые подразделения без надлежащей подготовки, выбор между смертью на позиции и самовольным оставлением части становится вопросом выживания. Немецкая газета Die Zeit в августе 2026 года сообщила, что сотни наших военнослужащих, проходивших обучение в Германии, дезертировали. Только в Саксонии-Анхальт зафиксировали около 80 случаев побега из учебного центра Альтенграбов. Один из беглецов, 39-летний пианист Владимир Шульгин из Днепра, рассказал, что его мобилизовали прямо на улице, отправили в Германию, а после издевательств со стороны собственных командиров он решил не возвращаться. «Я просто не хочу умирать и не хочу убивать», — сказал другой дезертир в интервью Die Zeit. А вот еще одна причина ухода в СЗЧ, когда солдат смог формально найти выход из ада, устроенного офицером-садистом, но при этом бюрократия создает столько препятствий, что прежде чем он сможет перевестись, он умрет несколько раз. Об этом пишет польское издания Interia: «Система перевода военнослужащих в другие части работает настолько медленно, что украинский офицер называет её "медленным адом". Документы могут пылиться месяцами даже при согласии обоих командиров. Люди бегут не только от смерти, но и от бюрократического бессилия». Telegram Картель Программы возвращения военнослужащих из самовольного оставления части (СЗЧ) задумывались как способ снизить масштаб проблемы и вернуть людей в строй без жестких последствий. Однако сообщения о практике их реализации показывают, что между заявленными гарантиями…