ДОБРЫНЯ И ОСЕНЬ (Этот рассказ мне Добрыня намурчал. Для вас. Дебют у кота в сети. ) На даче осталось немного солнца. Я проверял: на крыльце - в "полтора кота", возле качелей - в "один котик с хвостом". После обеда солнышка остаётся только на подоконниках. Надо успевать. Поэтому с утра я очень занят. Лежу на солнышке. Мои люди и пес ходят мимо, что-то уносят, закрывают, вздыхают: "Последние тёплые дни". Ну так ложитесь рядом, глупые создания! Зачем суета? Чего носиться-то? Потом иду в сад. Там листья по колено. По моё, разумеется. Идёшь - шуршит. Крадёшься - шуршит ещё громче. Сегодня полчаса подбирался к мыши, изображая совершенно случайную кучу рыжей листвы. Куча сопела, чихала и один раз зацепилась задом за крыжовник, но мышь я всё-таки поймал. Принёс показать своей женщине. Она сразу в голос: "Господи, только не на кровать!" Это восторги у них такие. У двуногих. Примитивные существа всё-таки. Ни телепатией элементарной не обладают, ни вылизать собственную ногу и попу не могут. Неудачная у них биологическая конструкция. Всех преимуществ перед нами - чёртов большой палец. А как они его используют, а? Вот только в экран им и тыкают... Но я отвлекся. К вечеру мой сад становится прозрачным. Видно соседний дом, который всё лето куда-то прятался. Пахнет мокрой землёй, яблоками и дымом. Солнце гладит меня по спине всё слабее, будто засыпает на ходу. А я вдруг вспоминаю Киров. Я там был маленьким котёнком. Таким, что однажды упал за диван и застрял там в щели, а извлекали меня всей семьёй с помощью фонарика и сосиски. Сосиска, кстати, застряла тоже. В Кирове зима приходит всерьёз. Я сидел на окне, смотрел на снег и пытался понять, сколько же там за стеклом белых мух. Батарея была огромная, горячая. Возле неё пахло сохнущими варежками. Мама придерживала меня лапой и мыла мне голову, хотя я уже вполне справлялся сам. По крайней мере, с доступной мне частью. А потом меня брали на руки. Я обхватывал лапами человеческий палец и засыпал. Иногда во сне продолжал сосать - и просыпался от собственного чмоканья. Очень неловкое было время. Сейчас я большой. Пушистый. Главный в этом саду и в этом доме. На мне груз ответственности. Целое семейство двуногих и еще этот черный дуралей-пёс. Хлопотливо, шумно, но это мой крест. Моя Голгофа, если хотите. А своих я не обижаю и другим не дам в обиду. Но без сюсюканий и без "ручек". Лапают пусть своего пса. У меня шубка не казённая. Зиму жду спокойно. Пролинял. Кресло возле батареи выбрал. Маме пока разрешаю там сидеть иногда, но с приходом холодов вольности прекращу... Полежу ещё немного на крыльце, пока доски хранят дневное тепло. Послушаю, как за сараем возится кто-то запоздалый. Делов у всех перед зимой хватает. А когда меня позовут домой, пойду сразу. Нуууу, почти сразу. У меня норма - 10 минут криков с крыльца: - Добрыня, кис-кис! Доня! Донечка! Додо!.... Всё! Закрываем дверь, скотина!... Вот когда звучит эта "скотина" на высокой ноте, вот тогда уже пора. А то они дверь реально запрут, и им же потом стыдно будет. А я - великодушный. Зачем людей зря принижать? И ..признаюсь по секрету... Я, конечно, существо неприкосновенное и в драгоценной шубке, но иногда всё-таки хочется забраться на колени к Бабушке Тане и, уткнуться носом в ее ладошку. Она теперь кажется совсем небольшой... ...Хорошо, что я вырос. Теперь могу согреть её целиком.
- 320
- 283
- 55
- 18
- 15
- 13