О единой системе ПВО Часть 1 — о реализации частного ПВО в России Часть 2 — об унификации БЧ для перехватчиков Часть 3 — о закупке перехватчиков Часть 4 — о зоне ответственности частной ПВО ⠀ В прошлом посте я предложил решение, которое позволяет сформировать зоны безопасности вокруг защищаемых объектов. Внутри такой зоны подготовленный расчёт охраны получает право поражать вражеские БПЛА. Но воздушная цель может лететь не прямо на этот объект, а пройти рядом и уйти дальше. Передачу цели между зонами ответственности эксперты называют самым уязвимым местом всей ПВО. Дрон буквально исчезает при переходе из одной зоны наблюдения в другую. При скорости 600 км/ч он проходит 167 метров в секунду. Пара секунд, и его теряют. Если каждый НПЗ, склад или завод будет видеть только пространство вокруг своего забора, полноценной системы ПВО не получится. Один объект обнаружит дрон, но не сможет передать его другому. Следующий расчёт увидит цель слишком поздно. Военные не знают, что увидели частные радары и камеры. ⠀ Поэтому частные расчёты необходимо включить в единую систему обнаружения и ПВО. Начало этому уже положено. Первый вице-премьер Мантуров сказал, что крупные промышленные и другие крупные предприятия сейчас включаются в зонально-объектовую систему ПВО и участвуют в решении задач по защите объектов. И добавил, что отдельных систем обнаружения, оповещения и отражения атак вне контура Минобороны быть не может, это небезопасно и неэффективно. ⠀ В Курской области в пилотном режиме работает ситуационный центр, который сводит данные Минобороны, госбезопасности, пограничной службы и региональных мобильных огневых групп, собирает информацию с камер и мобильных приложений и позволяет видеть угрозы в реальном времени. ⠀ Именно этот опыт военкор Евгений Поддубный 5 сентября предложил Президенту распространить на другие регионы и создать единый координационный орган. Владимир Путин ответил: «Мне кажется, нужен не координационный орган — нужен командир. Чтобы был единоначальник». Идею он назвал абсолютно правильной, отдельно отметил, что одна из важнейших составляющих — обмен информацией и разведка, и поручил Генштабу и Минобороны изучить курский опыт. ⠀ Это как раз то, о чём я пишу: проблема в том, что у собранной со всех датчиков картины нет единой системы управления, которая отвечает за цель на всём её маршруте. Пока есть поручения, пилотные проекты и заявления. Но сегодня законами не предусмотрена обязанность охранных предприятий объектов подключаться, нет сроков оповещения и порядка передачи цели между расчётами. Поэтому предлагаю дополнить закон «Об обороне» новой статьёй 10⁸. Обязанности в ней должны быть встречными. ⠀ Охранная организация обязана подключить свои средства обнаружения — радары, камеры, акустические датчики — и непрерывно передавать данные в МО. Для объектов из перечня защищаемых это условие доступа ко всему механизму: нет подключения — нет ни боевых частей, ни права самостоятельного применения. ⠀ Минобороны обязано через эту систему предупреждать каждое подключённое предприятие о целях, идущих в его направлении. Срок оповещения установит Минобороны. ⠀ Дальше система работает как одна цепочка. Цель обнаружена любым датчиком. Военные подтверждают, что она вражеская. Определяется её маршрут. Система решает, кто её встретит: армейский расчёт, мобильная огневая группа или охрана того предприятия, к которому дрон идёт. Назначенный расчёт получает целеуказание, а вместе с ним — сведения о своей авиации и о секторах, где стрелять нельзя. Если кто-то не справился, подключается следующий на маршруте расчет. ⠀ Внутри зоны безопасности охрана действует сама. За её пределами — только по целеуказанию и с разрешения военных. На Украине так и устроено: предприятие получает статус уполномоченного от МО, подписывает с воздушным командованием решение, что группа прикрывает, как получает информацию и кто ею командует. Встроенность в общую систему — условие допуска. ⠀ В следующем посте расскажу о нюансах статуса перехватчика. ⠀ Олег Царёв. Telegram и Max.
- 372
- 205
- 134
- 62
- 37
- 9
- 6
- 2