Целый ряд стран высказали совершенно другой подход к искусственному интеллекту: более двух десятков мировых лидеров, включая Германию, Объединённые Арабские Эмираты, Канаду, поддержали инициативу Норвегии и Финляндии, которые призвали к человеческому контролю над искусственным интеллектом, — в то время как Трамп отказался от глобального контроля, сказав о том, что развитие искусственного интеллекта должен контролировать сильный и умный президент. Ну, понятно, кто такой сильный и умный президент, его зовут Трамп, но вот с этим не согласились очень многие. Из таких вот откровенных демаршей можно отметить только выступление президента Ирана, который высказался в противовес заявлению Трампа, — ну, понятно, поскольку Трамп предположил уничтожение иранского государства, ясно, что президент Ирана с этим не согласился. Ну и делегация Кубы, которая покинула зал во время выступления Трампа, после того как Трамп сообщил, что его администрация стремится к фундаментальным переменам на Кубе. Массового исхода делегаций во время выступления Трампа не было. Этим, конечно, это радикально отличается от того демарша, который был в отношении Нетаньяху. Я не смотрел по цифрам, но у меня такое ощущение, что когда выступал Нетаньяху, вышла большая часть делегаций. По отношению к Трампу такого демарша не было, но по всем показателям было видно, что всё-таки человечество как-то готовится к тому, чтобы существовать без лидерства. Не без США, конечно, США никуда не денется, но без вот этого глобального лидерства, когда Соединённые Штаты Америки выступают и как мировой полицейский, и как мировой банкир, и в общем как мировой законодатель моды в науке, в технологиях и в культуре. И есть серьёзное подозрение, что после того, как Трамп 20 января 2029 года покинет Белый дом, после этого Соединённые Штаты Америки не вернутся на роль лидера. Мир уже как-то привыкнет адаптироваться к существованию вот в таком безлидерском формате. Ну вот такие ощущения после этого пленарного заседания Генеральной Ассамблеи ООН. Что касается Европы, то последние пару дней очень ярко проявили себя натовские штрейкбрехеры — то есть это политики, политические лидеры европейские, которые демонстрируют полный отказ от европейской солидарности. Прежде всего это, конечно, Фицо: святое место после ухода Виктора Орбана недолго пустовало, и Фицо, который и раньше был, так сказать, в этом штрейкбрехерстве, в этом отказе от европейской солидарности, был вторым номером, — ну а сейчас, поскольку Орбана нет, он вышел на первые, на лидирующие позиции в функции отказа, разрушения европейской солидарности. Вчера он заявил о том, что встречался со студентами-медиками и сообщил, что не хочет участия Словакии в любом военном конфликте из-за какой-то там пятой статьи договора о НАТО. То есть он сказал, что я не хочу, чтобы Словакия была частью какого-либо военного конфликта из-за какой-то статьи 5. Как премьер-министр он сказал, что сделает всё, чтобы Словакия никогда не была втянута в военный конфликт: «да, мы не хотим отправлять наших людей куда-то воевать, даже не зная, на чьей стороне, почему и за что она воюет». Я не знаю, если речь идёт об Украине, то, может быть, стоит как-то объяснить Фицо, на чьей стороне, за что воюют, и так далее. Вот это выступление было встречено очень жёсткой критикой как внутри Словакии, так и со стороны, в частности, президента Чехии — ну, понятно, позиция президента Чехии хорошо известна. Ну вот такая вот история. Значит, это всё, если бы это был один Фицо, ладно, но идут примерно такие же, гораздо даже более жёсткие подходы со стороны Ле Пен, которая, видимо, всё-таки, скорее всего, в следующем году станет президентом — либо она, либо её ставленник станет президентом Франции. И заявление Ле Пен о том, что мы не можем больше помогать Украине, — короче говоря, ещё более жёсткая позиция, чем у Фицо. То же самое можно сказать об «Альтернативе для Германии». В Европе штрейкбрехеров становится, видимо, всё-таки больше, видимо, увеличивается количество тех стран, которые выступают против европейской солидарности.
- 38
- 34
- 1
- 1