Нефтяная житница России сама начинает жить в долг. А что дальше? Ханты-Мансийский автономный округ – один из главных нефтедобывающих регионов России, десятилетиями обеспечивавший огромные поступления в бюджет страны, теперь вынужден всё активнее занимать деньги у банков. Как сообщает издание «Накануне.RU», власти Югры объявили новые аукционы на открытие кредитных линий общей суммой 20 миллиардов рублей. Деньги нужны не только для покрытия бюджетного дефицита, но и для погашения уже накопленных долгов. Цифры весьма показательны. На начало 2025 года государственный долг округа составлял 11 миллиардов рублей. К началу 2026-го – уже почти 59 миллиардов. А к осени он превысил 81 миллиард. То есть менее чем за два года долг одного из богатейших регионов страны вырос более чем в семь раз. Но самое интересное даже не это. В октябре власти Югры увеличили запланированный дефицит бюджета на 2026 год до 94,5 миллиарда рублей. Доходы – 411,3 миллиарда, Расходы – 505,8 миллиарда. Причины вполне конкретные. Добыча нефти сократилась на 4,7%, поступления налога на прибыль нефтяных компаний падают, а расходы бюджета продолжают расти. И теперь обратите внимание на ещё одну цифру. За весь 2025 год обслуживание государственного долга обошлось округу в 333,7 миллиона рублей. А только за первое полугодие 2026-го – уже в 3,5 миллиарда! Это деньги, которые уходят кредиторам. Не на строительство школ, больниц, дорог или социальных объектов. При этом власти региона уже признают, что часть строительства социальных объектов приходится откладывать. Приоритет – выполнение текущих обязательств. И вот здесь возникает вопрос. Если даже ХМАО, регион, на нефтяных доходах которого десятилетиями строилась значительная часть российской экономики, вынужден занимать десятки миллиардов, чтобы свести концы с концами, то что происходит с финансовым положением регионов, у которых нет таких природных ресурсов? Причём проблема не сводится исключительно к цене нефти. Это и дорогие кредиты, и изменение экспортных рынков, и сокращение добычи, и растущая нагрузка на бюджеты. Конечно, сам по себе государственный долг не означает банкротства региона. Но когда новые кредиты привлекаются в том числе для погашения старых, а строительство социальных объектов переносится на неопределённое будущее, это уже тревожный показатель. И самое неприятное заключается в том, что последствия таких решений проявляются не сразу. Сегодня не построили новую школу. Завтра перенесли строительство больницы. Послезавтра сократили расходы на развитие инфраструктуры. Формально социальные обязательства продолжают выполняться. Но возможности региона развиваться постепенно сокращаются. И возникает закономерный вопрос: если нефтяные регионы России уже вынуждены экономить на собственном развитии, то за счёт чего собираются развиваться все остальные?
- 703
- 155
- 103
- 61
- 26
- 19
- 18
- 18
- 6