Почему Путин так любит читать лекции по истории Оуэн Мэтьюс, британский журналист и писатель, специалист по России и Восточной Европе (The Daily Telegraph): Правда ли Путин устроил руководителями Финляндии и Норвегии пространную лекцию по истории? Может, и нет, но не вызывает сомнений: оправдывать свою политику своей же собственной трактовкой истории — любимое занятие Путина. Но он в этом не одинок. В той половине Европы, которая находилась под советским господством, марксистское представление об истории как о науке, законы которой неумолимо определяют настоящее и будущее, до сих пор прочно сидит в головах. Стоит заговорить с поляками, прибалтами, болгарами, русскими или украинцами — и за любым спором сразу обнаруживаются былые победы и исторические обиды. Вот, например, мои собеседники в Вильнюсе утверждали, что Калининградскую область следует занять силами НАТО, а затем предложить ее жителям проголосовать: хотят они стать европейцами или остаться россиянами? Те, кто согласится, смогут остаться. Остальных — потомков русских, завезенных туда после войны Сталиным, — следует отправить обратно на историческую родину. Обоснование простое: исторически Калининград принадлежит Литве. Или Польше. И в любом случае жизнь в Европе лучше рабства при путинском режиме. Но разве вторжение на чужую территорию — не то, за что мы осуждаем Путина, спросил я. О нет, ответили мне, варварские азиатские русские понимают только язык силы, историческую несправедливость, совершенную после войны, необходимо исправить — если понадобится, под дулом автомата. А из-за спора Польши и Украины об Украинской повстанческой армии (национальные герои — пособники нацистов) Польша пригрозила прекратить помощь Украине (а она главная в этом деле) и отказаться от поддержки вступления Украины в Евросоюз. В Западной Европе политические дискуссии как правило посвящены настоящему. Когда британцы спорили о выходе из Евросоюза, речь шла не столько о возвращении к уникальной, гордой истории независимого островного государства, сколько о том, удастся ли благодаря Брекзиту спасти Национальную службу здравоохранения. Восточная Европа устроена совершенно иначе. Историк Тимоти Снайдер назвал пространство между Россией и Германией «кровавыми землями» — территорией, ставшей ареной самых страшных массовых убийств, депортаций и геноцидов XX века. В этом мире подвижных границ, возникающих и рушащихся империй, изменчивых национальных идентичностей прошлое никогда и никуда не исчезло. Оно даже и не прошлое. На прошлой неделе Путин потребовал, чтобы Киев отказался от оставшейся части Донбасса, поскольку это «исторически русские земли». Но некоторые украинцы показывают исторические карты, где города Ростов и Краснодар – часть украинской Гетманщины. Психологическое наследие марксизма, соединенное с лихорадочным, недавно сформировавшимся национализмом, — взрывоопасная смесь. В мире Путина и тех, кто мыслит подобным ему агрессивно-историческим образом, мертвая рука прошлого никак не желает ослабить хватку и выпустить настоящее.
- 34
- 10
- 9
- 6
- 4
- 2