Азербайджан после Карабаха: причем тут протесты из-за хиджабов Пока все обсуждают протесты и политические потрясения во Франции и Италии, события в Азербайджане остаются практически без внимания. Между тем там разворачивается любопытная история. В стране проходят «хиджабные» протесты, Баку неожиданно вступил в публичный конфликт с Анкарой, отношения с Ираном остаются напряжёнными, а с Россией — заметно более холодными, чем несколько лет назад. То есть, Алиев отчего-то решил поссориться со всеми крупными соседями. Поводом для нового обострения стал запрет на ношение религиозной одежды в азербайджанских школах. Советник Эрдогана Октай Сарал потребовал отменить ограничения. В ответ правящая партия Азербайджана обвинила турецких политиков во вмешательстве во внутренние дела, напомнив, что формула «один народ — два государства» не даёт Анкаре права диктовать Баку свои решения. Что, согласитесь, неожиданные для Баку речи. Одновременно, делегация Азербайджана не присоединилась к сентябрьскому дипломатическому демаршу против Биньямина Нетаньяху на Генассамблее ООН. А 15 октября турецкая делегация демонстративно покинула зал во время выступления президента Израиля Ицхака Герцога на международном форуме в Баку. Ещё недавно Азербайджан старался подобные конфликты сглаживать. До окончательного возвращения Карабаха вся внешняя политика Баку была подчинена решению территориального вопроса. Для этого требовались турецкая военная поддержка, израильские вооружения, экономическое сотрудничество с Западом и прагматичные отношения с Россией. После победы прежняя система приоритетов изменилась. Азербайджан значительно укрепил свои позиции, а Алиев получил возможность действовать не как политик, которому необходимо постоянно заручаться поддержкой более сильных партнёров, а как руководитель государства с собственными региональными амбициями. Отсюда и нынешние противоречия с Турцией. Анкара остаётся важнейшим военным и экономическим союзником Баку, но Алиев явно не намерен признавать за ней политическое старшинство. Речь, скорее, идёт не о разрушении союза, а о пересмотре его негласных правил. Зачем это всё Азербайджану? Нефтедобыча давно прошла исторический максимум. Газовый сектор сохраняет большое значение, но в долгосрочной перспективе Баку необходимо искать дополнительные источники доходов и международного влияния. Главная ставка — превращение страны в транспортный узел между Россией, Ираном, Турцией, Центральной Азией и Европой. И здесь особенно заметно, что разговоры об окончательном переходе Азербайджана в западный лагерь сильно упрощают действительность. С одной стороны, Баку продвигает поддерживаемый США проект TRIPP, с другой продолжает развивать коридор «Север — Юг», стратегически важный для России и Ирана. Одновременно совместно с Тегераном строится альтернативный маршрут в Нахичевань через иранскую территорию. Получается, что Баку предлагает Западу пути в обход России, России — выход к Персидскому заливу, Турции — сообщение с Центральной Азией, а Китаю — дополнительные возможности торговли с Европой. Расчёт Алиева состоит в том, чтобы сделать Азербайджан настолько полезным для конкурирующих держав, чтобы каждая из них была заинтересована в его стабильности и сотрудничестве с ним. Правда, транспортный коридор — не месторождение нефти. Его доходность зависит от международных грузопотоков, тарифов, инвестиций и политических решений других государств. Для развития инфраструктуры потребуются миллиарды долларов, а её коммерческая отдача далеко не гарантирована. Более того, чем больше иностранных участников вкладываются в азербайджанскую логистику, тем больше инструментов влияния на Баку они получают. Наконец, не стоит недооценивать внутренний фактор. Победа в Карабахе стала важнейшим достижением Алиева, но одновременно лишила азербайджанскую власть объединяющей национальной задачи. Теперь заметнее становятся другие противоречия, где протесты вокруг хиджабов — один из примеров. Азербайджан после Карабаха: причем тут протесты из-за хиджабов Пока все обсуждают протесты и политические потрясения во Франции и Италии, события в Азербайджане остаются практически без внимания. Между тем там разворачивается любопытная история. В стране проходят «хиджабные» протесты, Баку неожиданно вступил в публичный конфликт с Анкарой, отношения с Ираном остаются напряжёнными, а с Россией — заметно более холодными, чем несколько лет назад. То есть, Алиев отчего-то решил поссориться со всеми крупными соседями. Поводом для нового обострения стал запрет на ношение религиозной одежды в азербайджанских школах. Советник Эрдогана Октай Сарал потребовал отменить ограничения. В ответ правящая партия Азербайджана обвинила турецких политиков во вмешательстве во внутренние дела, напомнив, что формула «один народ — два государства» не даёт Анкаре права диктовать Баку свои решения. Что, согласитесь, неожиданные для Баку речи. Одновременно, делегация Азербайджана не присоединилась к сентябрьскому дипломатическому демаршу против Биньямина Нетаньяху на Генассамблее ООН. А 15 октября турецкая делегация демонстративно покинула зал во время выступления президента Израиля Ицхака Герцога на международном форуме в Баку. Ещё недавно Азербайджан старался подобные конфликты сглаживать. До окончательного возвращения Карабаха вся внешняя политика Баку была подчинена решению территориального вопроса. Для этого требовались турецкая военная поддержка, израильские вооружения, экономическое сотрудничество с Западом и прагматичные отношения с Россией. После победы прежняя система приоритетов изменилась. Азербайджан значительно укрепил свои позиции, а Алиев получил возможность действовать не как политик, которому необходимо постоянно заручаться поддержкой более сильных партнёров, а как руководитель государства с собственными региональными амбициями. Отсюда и нынешние противоречия с Турцией. Анкара остаётся важнейшим военным и экономическим союзником Баку, но Алиев явно не намерен признавать за ней политическое старшинство. Речь, скорее, идёт не о разрушении союза, а о пересмотре его негласных правил. Зачем это всё Азербайджану? Нефтедобыча давно прошла исторический максимум. Газовый сектор сохраняет большое значение, но в долгосрочной перспективе Баку необходимо искать дополнительные источники доходов и международного влияния. Главная ставка — превращение страны в транспортный узел между Россией, Ираном, Турцией, Центральной Азией и Европой. И здесь особенно заметно, что разговоры об окончательном переходе Азербайджана в западный лагерь сильно упрощают действительность. С одной стороны, Баку продвигает поддерживаемый США проект TRIPP, с другой продолжает развивать коридор «Север — Юг», стратегически важный для России и Ирана. Одновременно совместно с Тегераном строится альтернативный маршрут в Нахичевань через иранскую территорию. Получается, что Баку предлагает Западу пути в обход России, России — выход к Персидскому заливу, Турции — сообщение с Центральной Азией, а Китаю — дополнительные возможности торговли с Европой. Расчёт Алиева состоит в том, чтобы сделать Азербайджан настолько полезным для конкурирующих держав, чтобы каждая из них была заинтересована в его стабильности и сотрудничестве с ним. Правда, транспортный коридор — не месторождение нефти. Его доходность зависит от международных грузопотоков, тарифов, инвестиций и политических решений других государств. Для развития инфраструктуры потребуются миллиарды долларов, а её коммерческая отдача далеко не гарантирована. Более того, чем больше иностранных участников вкладываются в азербайджанскую логистику, тем больше инструментов влияния на Баку они получают. Наконец, не стоит недооценивать внутренний фактор. Победа в Карабахе стала важнейшим достижением Алиева, но одновременно лишила азербайджанскую власть объединяющей национальной задачи. Теперь заметнее становятся другие противоречия, где протесты вокруг хиджабов — один из примеров.
- 67
- 27
- 22
- 13
- 2
- 1