Дискуссии о перспективах ядерного разоружения и диалога между ключевыми мировыми державами

Z * ВестиБюль * Z @vesti_bule Новости и СМИ21 октября 2026, 15:32

Посол Китая по вопросам разоружения Ли Чицзян 16 октября предложил в ООН договор о взаимном неприменении ядерного оружия первыми. Пекин оспаривает представление о том, что ядерным ударом можно выиграть обычную войну. Ли связал ухудшение безопасности с мышлением холодной войны: государство добивается неуязвимости для себя, заставляя остальных готовиться к худшему. У этого спора исчезла часть договорных ограничений. Договор СНВ-III завершился 5 февраля 2026 года, оставив США и Россию без обязательного потолка стратегических вооружений. Генеральный секретарь ООН Антониу Гутерриш назвал произошедшее опасным рубежом. Инспекции были остановлены раньше, поэтому доверие к сведениям об арсеналах ослабевало ещё до истечения договора. После его окончания планировщикам приходится учитывать и возможность законного увеличения числа вооружений соперника. Подготовка к предполагаемому наращиванию способна породить дополнительные заказы с обеих сторон. Масштаб ответственности при этом различается. По оценке Стокгольмского института исследования проблем мира SIPRI, США и Россия располагали почти 86% всех боеголовок на начало 2026 года. Китай за 2025 год увеличил свой запас с 600 до 620. Доля 86% учитывает и снятые с вооружения боеголовки, а китайское число относится к запасу для возможного применения. Поэтому Ли требует первых шагов от Вашингтона и Москвы, отвергая одинаковые требования к 3 владельцам несопоставимых сил. Обязательство о первом ударе допускает иной порядок переговоров. Оно может быть одинаковым для стран с разным числом боеголовок: каждый участник принимает одно условие применения. Отказ от первого удара пока остаётся политическим обязательством Пекина. Взаимный договор связывал бы и Китай, и остальных участников. Спор о процентах сокращения запасов можно вести отдельно, сохраняя общий запрет начинать ядерную войну. Союзные отношения добавляют ещё одно противоречие. Ли называет совместное использование ядерного оружия и расширенное сдерживание проявлением двойных стандартов. НАТО в заявлении от 20 апреля утверждает, что этот порядок соответствует Договору о нераспространении и удерживает союзников от собственной бомбы. Это расходящиеся оценки сторон. Военное участие государства может расширяться и при сохранении его безъядерного статуса. Поэтому подсчёта национальных арсеналов недостаточно, чтобы понять, какие страны окажутся вовлечены в ядерный кризис. В Японии обсуждение получило конкретный предмет. Премьер-министр Санаэ Такаити 14 октября допустила пересмотр формулировок «3 неядерных принципов» в документах безопасности. Особое значение имеет запрет допускать ядерное оружие в страну, наряду с запретами владеть им и производить его. По сообщению Kyodo, обсуждалась возможность исключения для захода иностранного корабля в чрезвычайных обстоятельствах. Принципы продолжают действовать, размещение оружия не одобрено. Возможная оговорка всё же меняет расчёт соседей: именно кризис мог бы открыть доступ вооружениям, чьё присутствие в спокойное время исключено. Ли одновременно потребовал соблюдать моратории на ядерные испытания и сохранить развивающимся странам доступ к мирному атому. Такое сочетание заложено в Договоре о нераспространении. МАГАТЭ проверяет, что гражданские материалы не переводятся в военную программу, а мирное сотрудничество сохраняется как право участника. При соблюдении гарантий доступ к сотрудничеству поддерживает заинтересованность государства оставаться безъядерным. В апреле исполнительный секретарь Организации по Договору о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний Роберт Флойд предложил США, России и Китаю совместно ратифицировать договор. Китайские предложения позволяют разделить переговоры: крупнейшие владельцы сокращают запасы, остальные вместе с ними закрепляют ограничения применения и испытаний. Тогда Пекин получает возможность добиваться снижения чужой угрозы, принимая то же обязательство для собственного растущего арсенала. @ex_trakt