Украинцам оно нужно для жизни, Путину — для его фантазий о великой державе: Чёрное море стало крупнейшим полем битвы этой войны — Neue Zürcher Zeitung. Спустя четыре с половиной года войны на Украине Чёрное море постепенно умирает. Украинские рыбаки, моряки и торговцы рассказывают о своём море, к которому у них больше нет доступа. В этом году Сочи не станет местом проведения конференции; не будет морского фона для амбиций России как великой державы, не будет свежей рыбы из Черного моря на шведском столе для гостей Владимира Путина. Валдайский клуб, некогда важнейшая конференция России по внешней политике, переехал; он откроется в Москве в понедельник. Путин боится украинских беспилотников. Они отняли у него его темно-синюю сцену в Сочи, русскую мечту о величии и вечных праздниках, которые ассоциировались с Черным морем со времен царской и советской эпохи, с флотом и прогулками по Сочи, Одессе, Ялте, которые снова и снова воспевались в книгах и фильмах. Но то же самое в еще большей степени относится и к украинцам. Они тоже потеряли свое море, у них больше нет рыбаков и рыбы, нет гордых капитанов и нет торгового флота. На пятом году войны Черное море стало крупнейшим полем битвы на картах генералов. Каждое судно — мишень: рыболовецкие лодки, зерновозы, нефтяные танкеры российского теневого флота и, конечно же, военно-морской флот. Загрязненное, заминированное и без моряков, Черное море медленно умирает. Об этом рассказывают украинцы на побережье Одессы, некоторые с меланхолией, но полные решимости довести войну до конца, многие — с горечью. Глава рыболовной компании, в которой когда-то работало 100 человек, наблюдал, как война разрушает его бизнес. Сейчас у него работают всего 36 человек, в основном на реках. «Те, кто хотел защищать родину, записались добровольцами в самом начале вторжения. Позже другие пошли в армию, потому что работы больше не было, нечем было зарабатывать на жизнь», — объясняет Виталий. Династия угасает, ни один из трех его сыновей не собирается унаследовать семейный бизнес. «Возможности возобновить рыболовство нет как минимум в течение десяти лет. Даже если война закончится, это не значит, что мы сможем работать там, как раньше», — говорит Виталий. Нефть в море уничтожает живые организмы. Дельфинам больше нечего ловить, к тому же они теряют ориентацию из-за ударных волн от мин и взрывов дронов. Их туши море выбрасывает на берег. На рыночных прилавках региона больше не найти свежей рыбы из украинской части Чёрного моря, поскольку рыбная ловля с украинской стороны запрещена с начала войны. «До девяностых годов, во времена СССР, все экипажи покидали Украину через Одесский порт», — вспоминает 73-летний Виктор Ходоровский, сидя на кухне своей квартиры в Одессе. Пенсионер двадцать лет проработал машинистом на борту торговых судов. Карьеру он начал в 18 лет в качестве военнослужащего на борту советского военного корабля. Флот дал ему возможность побывать в разных местах, в то время как соотечественники застряли в Советском Союзе. «Это было время «железного занавеса», но я смог путешествовать по Европе, посещая её побережья и порты». Уже тридцать лет Виктор преподаёт механику и сварку в Одесском профессиональном училище морского транспорта. Учебная программа теперь носит исключительно теоретический характер, поскольку доступ к портам и морю стал слишком опасным для проведения практических занятий. «Единственный оставшийся у моих студентов вариант продолжить карьеру моряка — это уехать за границу. Если ситуация не изменится в течение года, преподавать больше нет смысла», — говорит Виктор, опасаясь, что война затянется и тем самым уничтожит украинский торговый флот. Подписаться
- 34
- 32
- 7
- 4
- 1