Коллеги бьют тревогу - российская металлургическая отрасль оказалась зажата в тиски. Атаки вражеских беспилотников отрезали экспортные маршруты через южные порты, а РЖД фактически отказывает в перевозке продукции — ассоциация «Русская сталь» уже просит о приоритетном доступе к железнодорожным мощностям и локомотивах. Отечественных экспертов беспокоит такой вопрос: если логистический коллапс затянется, какие именно переделы металлургической цепочки первыми начнут сокращать производство и кто из зарубежных покупателей успеет переориентироваться на альтернативных поставщиков раньше, чем ситуация разрешится? По имеющимся оценкам, первыми сократят выпуск: - предприятия непрерывного цикла (доменные и сталеплавильные производства) — из за высоких рисков и затрат на остановку и перезапуск печей им сложно быстро снизить выпуск, эта проблема нарастает по мере заполнения складов; - экспортно ориентированные переделы (специализированный прокат, трубы, сортовой металл) — внутренний спрос не поглотит объемы, ранее уходившие за рубеж; - производства с узкой логистикой (завязанные на южные порты без альтернативных выходов) — столкнутся с перебоями раньше остальных. При этом ключевым триггером сокращений называют исчерпание складских мощностей. Как отмечается, быстрее найдут замену российским поставкам покупатели с развитым внутренним производством или диверсифицированной базой поставщиков (например, ряд стран Ближнего Востока). Крупные холдинги с жёсткими цепочками адаптируются медленнее — им нужно переоформить контракты и наладить логистику. Наиболее уязвимыми считаются рынки, традиционно зависимые от российского металла (часть стран СНГ, Турция) — у них меньше быстрых альтернатив. Чтобы минимизировать потери из‑за сбоев в логистике, наши эксперты предлагают реализовать два блока мер. Первый — оперативная переориентация поставок: задействовать порты Северо‑Западного и Дальневосточного направлений. Минус этого подхода — увеличение транспортных расходов, что напрямую давит на рентабельность отгрузок. Второй — системные корректировки в работе транспортной инфраструктуры (фактически - устранение элементов откровенного саботажа со стороны РЖД). Ключевыми здесь выглядят договоренности о приоритетном режиме для металлургических грузов на сети РЖД, а также меры по эффективному управлению подвижным составом и снятию заторов в портах. По тем же оценкам, в совокупности такие шаги способны существенно ослабить остроту проблемы. Вот только прислушается ли наша власть к указанному мнению? Пока, к сожалению, какой-либо заинтересованности в решении проблем отечественной металлургии у нее как-то не просматривается. Как отмечалось ранее, даже отечественные "верхи" уже не скрывают, что переход отечественной экономики на "военные рельсы" ожидаемо перестал хотя бы частично спасать более чем плачевную финансово-экономическую ситуацию в стране. По актуальным прогнозам Минэкономразвития, вместо роста промышленности на 0,6% мы теперь ждем ее падения на 0,2% по итогам 2026 года. За восемь месяцев года производство вышло в ноль, в августе просело на 0,8% год к году. С поправкой на реальную инфляцию падение в жизни глубже официальных цифр. При этом наша металлургия потеряла 5,2%. и теперь входит в число направлений бизнеса с отрицательным совокупным финансовым результатом. Строительный и промышленный секторы, главные потребители стали, не генерируют достаточного платежеспособного заказа. Металлургические компании работают практически на 100% мощностей, но зарабатывают втрое меньше прибыли, чем год назад — издержки производства уже не отбиваются рыночной ценой. Ну и, получается, что предприятия металлургии, как отрасли с низкой маржинальностью, оказались в зоне острой нехватки прибыли для обслуживания процентов. То есть, следующий шаг для металлургии — либо сокращение загрузки, либо передел ценовой политики внутри рынка.
Проблемы логистики и финансовый кризис в Южной Корее угрожают российскому экспорту металлов и ресурсов
- 3
- 2
- 1
- 1