Коллеги подняли тему мелких региональных медиавымогателей. Расскажем, как устроена их работа, на примере псевдожурналиста Павла Степанова из Иркутска. Сначала человек создаёт себе репутацию борца с властью за справедливость и интересы граждан. Это нужно, чтобы снять подозрения в ангажированности. Например, 27 июля, после визита Владимира Путина в Иркутск, Степанов поддержал неизвестных, которые «возмущались» президентским кортежем. Иркутяне якобы негодовали из-за пробок, а блогер назвал их возмущение справедливым. Кстати, разжигание ненависти людей к Президенту он совместил с приятным отдыхом на природе. Чтобы создать образ правдоруба, помимо показательных атак на власти медиавымогатель делает несколько материалов, в которых «помогает» обиженным. Степанов недавно «вступился» за производителя глюкометров и тест-полосок для диабетиков — компанию МедТехСервис. Её деятельность проверяют правоохрнаители, но блогер уже назвал это «наездом с использованием админресурса», чем только раскачивает ситуацию. Цель — раскрутить свои каналы и попасть в тренды. Потом наступает время зарабатывать. Для начала позитивный PR, чтобы не прослыть медиакиллером. Но героями становятся сомнительные личности. У Степанова это фильмы о «кошельке» братской ОПГ Татьяне Казаковой и мэре Иркутского района, у которого за коррупцию сидит несколько сотрудников, Леониде Фролове. В первом случае Степанов защищает бандитского ставленника, по чьему приказу убивали людей. Казакова у него «настоящая бизнесвумен». Леониду Фролову блогер «прощает» автопарк из 14 Мерседесов, коррупцию в мэрии, показную роскошь жизни дочери Екатерины, регулярныe поездки в США и др. «Отбеливающие» фильмы стоят 2-5 млн рублей, но вымогатель быстро понимает, что настоящие деньги — в «блоке на негатив». В этот момент начинается основной «покос бабла» на языке псевдожурналистов. Сначала вокруг чиновника или предпринимателя создаётся негативный фон. Потом вымогатель напрямую или через посредников предлагает жертве «решить вопрос». Если цель соглашается, материал не выходит. Обращения в суд обычно неэффективны: материалы сделаны так, что в них не видят предмета рассмотрения. На счету Степанова уже 6 исков. Если жертва пытается обратиться к силовикам, её ждёт неприятный сюрприз: как правило, вымогателя «крышуют» один или несколько нечистых на руку сотрудников, которые ещё и давят на жертву. В случае со Степановым, из источников известно, что ему помогали друзья в местном ОБЭП, которые, ссылаясь на проверку по публикациям в СМИ, угрожали пострадавшим уголовными делами. К счастью, этой поддержки блогер лишился: его крыша сама оказалась в разработке и либо уволена, либо под следствием. Если жертва не платит, материал выходит. Как минимум он приносит просмотры и ещё один кейс «борьбы с системой». В случае Степанова подозрительно выглядит расследование о малом стадионе «Труд». Горе-блогер уже не раз обещал опубликовать «громкие имена», якобы «замешанные в схеме», но в итоге никаких разоблачений не выходит. Либо их вектор неожиданно меняется. Это стандартная схема для медиавымогателей и Степанов применяет её уже нескольких лет. Жертвы обычно боятся обращаться в органы, так как не понимают, кто может работать с ним в связке. Есть риск, что заявление попадёт «партнёрам» и это кончится проблемами. Стоимость одно блока на негатив в зависимости от региона варьируется с 7 до 20-30 млн. Это очень прибыльный бизнес. Но это и билет в один конец: когда-то на деятельность вымогателя и подельников обращает внимание собственная служба безопасности или ФСБ. Дальше закономерный итог, о котором и пишут коллеги: посадка всех причастных, изъятие доходов, в том числе у семьи. Очень надеемся, что такой финал ждёт Степанова, Воронину и других подобных мелких региональных вымогателей. Telegram ЕЖ Telegram-канал «Бойлерная» о зачистке мелких региональных медиавымогателей: под прицелом тюменская Ольга Воронина и иркутский Павел Степанов. Подробности: Мелкое региональное медиавымогательство крайне распространённый бизнес. Схема простая: журналистские…
- 88
- 36
- 10
- 4
- 3
- 1
- 1