В комитете по иностранным делам парламента Великобритании прошли слушания о ситуации в России. <...> Слушания состояли из двух частей. В первой части на вопросы отвечали журналистка The Washington Post Кэтрин Белтон, старший преподаватель Королевского колледжа Лондона Рут Дейермонд и старший научный сотрудник Центра новых евразийских стратегий Джон Лаф. Им парламентарии задавали следующие вопросы: Насколько устойчив режим Путина? Лаф отметил, что за последние пять лет режим «продемонстрировал очень высокую устойчивость». Какие наиболее распространенные заблуждения о России существуют у жителей Запада? В ряде стран, в том числе в Германии, считают, что после окончания войны Москва будет обычным участником международных отношений, отметила эксперт. «Это убеждение не учитывает, насколько окружение Путина и Россия в целом воспринимают Запад как экзистенциальную угрозу. Это не изменится без смены режима», — сказала Дейермонд. Насколько сильны антипутинские настроения внутри России? По словам Лафа, многие представители элиты недовольны тем, что Путин втянул страну в затяжную войну и поставил их перед перспективой многолетних санкций. Но российское общество остается разобщенным, в том числе вследствие сознательной политики властей. Эксперт не видит в стране единой оппозиционной силы, поэтому возможные перемены прежде всего зависят от элит. Есть ли у Путина план передачи власти? Как могут развиваться события, если он умрет? Белтон сказала, что в периоды напряженности в российских элитах возникают внутренние раздоры. В качестве примера она привела историю Ильи Ремесло, который «раньше работал на Кириенко». «Настоящая драка в рядах российской элиты», — сказала Белтон. По ее словам, Кириенко также боролся с «ястребами» в ФСБ из-за ограничений в интернете. Лаф, отвечая на другой вопрос, предположил, что после ухода Путина в России может возникнуть коллективное руководство — по аналогии с периодом после смерти Сталина. Изменение политического курса, вероятно, займёт несколько лет. Новые руководители, по его оценке, могут оказаться менее привязаны к текущим идеям. Мятеж по образцу выступления Пригожина был единичным случаем или может повториться? По мнению Лафа, подобное возможно только при ослаблении авторитета Путина, а подобные системы могут ослабевать очень резко. Если мы вводим санкции за нарушения прав человека, изменит ли Россия свое поведение? Белтон не уверена, что «их действительно волнует доступ к своей недвижимости во Франции». Во второй части на вопросы отвечали старший научный сотрудник Международного института стратегических исследований Найджел Гулд-Дэвис, научный сотрудник Центра российских и евразийских исследований имени Дэвиса в Гарварде Крейг Кеннеди и руководитель направления анализа политики и энергетики в отношениях Европы и России Центра исследований энергетики и чистого воздуха Айзек Леви. В каком состоянии находится российская экономика? На грани ли она краха, как утверждают некоторые? Гулд-Дэвис отметил, что российская экономика становится все более милитаризованной. По его словам, в отличие от прежних войн, Россия не отправляет силой на фронт, а платит высокие зарплаты военным, что обходится дорого. Отвечая на один из вопросов, Кеннеди отметил, что кредитный бум 2022-2024 годах превращается в кредитный пузырь. «Исторически все крупные войны заканчивались для России проблемами с долгами. И эти проблемы имели последствия», — сказал эксперт. Есть ли другие санкции, которые Западу стоило бы рассмотреть, чтобы усилить давление на Россию? Гулд-Дэвис сказал, что Запад должен обеспечить соблюдение санкций. [Агентство.Новости] Понятно, что я лично согласен не со всеми приведёнными оценками, но я-то сижу в Нижнем Интернете, а они выступают в британском парламенте. Хорошо, что какие-никакие, но приемлемые оценки прозвучали, потому что уже откровенно настоебенила рагозинская демократическая журналистика в стиле «Путин – красавчик, Запад виноват».
- 8