КАКУЮ СЕМИБОЯРЩИНУ ПОТЕРЯЛИ! Между новым ноябрьским праздником и старым нам совершенно нечем заняться. Поэтому почитали Рому Антоновского из "Сынов Монархии". Рома негодует: "краснобесы" вкладывают в День народного единства неправильные смыслы. Минин и Пожарский, объясняет он, были контрреволюционерами, а 4 ноября — день нашего поражения. Ну что ж, Рома, не нравятся наши смыслы — давай примерим твои. Расскажем о 1612 годе так, как вы, антисоветчики, рассказываете о 1917-м. Итак, в Москве сидит "законная власть". Бояре — люди родовитые, уважаемые. Не какие-нибудь смутьяны с улицы. Чин по чину пригласили на престол польского принца Владислава, принесли присягу. Польско-литовский гарнизон в столицу сами впустили. Ради порядка и стабильности. Стабильность требует жертв. Желательно со стороны населения. Но нашлись провокаторы. Некий торговец мясом Минин собирает деньги на вооружённые формирования. Мясник полез государством заниматься. Куда смотрят бояре? Сначала пожертвования, затем — обязательный сбор, "пятая деньга". Следом — принудительные займы у купцов и монастырей. Предпринимателей обирают. Даже церковь не пожалели. Чем вам не продразвёрстка? До большевиков триста лет, а Минин уже распоясался! Пожарский возглавляет войско. В Ярославле действует альтернативное правительство — "Совет всей земли". Собирает средства, распоряжается войсками, ведёт переговоры. Да-да. Опять Совет. Самостийный. Иностранные связи? Извольте: переговоры о шведском принце Карле Филиппе как кандидате на русский престол. Всё, Пожарский — шведский агент. Какие ещё документы о вербовке и финансировании? Вы что, не читали, как у нас доказывают, что Ленин — немецкий шпион? Пломбированную телегу пока не обнаружили. Очевидно, историки скрывают. А патриарх Гермоген? Согласие на Владислава давал с условием принятия православия. Потом призывал к сопротивлению. Выходит, и у повиновения власти бывают условия? А как же «всякая власть от Бога»? Впрочем, с этим у монархистов вообще неудобно. Пока царствовал Николай II — за него молились. Отрёкся — и уже 9 марта 1917 года Синод объявляет: «Свершилась воля Божия...». И призывает довериться Временному правительству. Позднее у патриархов нашлись добрые слова и для Сталина, и для Брежнева. Рома, церковный авторитет для тебя обязателен или только когда хвалит любимое начальство? Но вернёмся в 1612-й. Дальше совсем безобразие: поход на Москву, взятие Китай-города, капитуляция гарнизона в Кремле. Весь порядок уважаемым людям испортили. Какую Семибоярщину потеряли! Тут Рома наверняка возмутится: вы передёргиваете! Владислав не выполнил условий призвания, православия не принял! Бояре впустили интервентов! Ополчение спасало страну! С иконами шли! Вот именно, Рома. Оказывается, присяга не отменяет вопроса, кому служит власть. И вооружённое выступление нельзя оценить одним словом «мятеж». Надо разбираться, кто довёл страну до катастрофы, почему люди взялись за оружие. Наличие икон не отменяет этих вопросов, как и наличие красных флагов. Но стоит перейти к 1917 году — и вся эта способность рассуждать исчезает. Остаются мифические немецкие деньги, вагон и «какую страну потеряли». У особо одарённых Ленин ещё и царя в Октябре свергает, хотя тот отрёкся за несколько месяцев до этого. Минин и Пожарский, конечно, не были большевиками. Ополчение стремилось восстановить монархию, а земский Совет не был Советом рабочих и солдатских депутатов. Мы сравниваем не программы, а способ рассуждать об истории. И с календарём вышло занятно. Убрали выходной 7 ноября — поставили 4 ноября. Хотели вытеснить память о революции. А предложили праздновать, как люди организовали собственную власть, собрали войско и освободили столицу от интервентов, которых туда впустили отечественные бояре. Ещё и Совет во главе. Ну что ты будешь делать! По собственной охранительной логике поменяли шило на мыло: праздник революции — на праздник победившего "бунта". Так что, Рома, прежде чем объявлять 4 ноября днём нашего красного поражения, попробуй пережить встречу собственных аргументов с историей. Начальство и Родина — не одно и то же. Ваши ЦК
- 5