Трамп, Путин и иллюзия «короткой войны» — The Financial Times. Часть 2/2 Конечно, с этими параллелями можно зайти слишком далеко. Путин пытается свергнуть демократическое правительство на Украине и аннексировать обширные территории соседней страны. Иранский режим, напротив, представляет собой жестокую диктатуру, которая убила на улицах многие тысячи собственных граждан. И ни США, ни Израиль не пытаются аннексировать иранскую территорию. Внутренние различия между системами США и России также носят фундаментальный характер — а это означает, что последствия провальной войны будут для этих двух стран совершенно разными. Война с Ираном — и её инфляционный эффект — сыграла ключевую роль в разгромном поражении Республиканской партии на прошедших на прошлой неделе промежуточных выборах. Всё ещё возможно, что администрация Трампа вернётся в бой и усилит атаки на Иран. Но история показывает, что американская политическая система в конечном итоге заставляет президентов выходить из провальной войны. Эта закономерность подтвердилась во Вьетнаме, Афганистане, Ираке — и теперь в Иране. Неудачная война Путина нанесла Украине ужасающий и продолжающийся ущерб. Кроме того, она нанесет долгосрочный ущерб и самой России. Однако в российской системе отсутствуют демократические сдерживающие механизмы, которые могли бы заставить Путина свернуть с выбранного им курса. Российские выборы фальсифицируются. Антивоенным партиям запрещено участвовать в выборах, а настоящие оппозиционные политики, такие как Алексей Навальный или Борис Немцов, как правило, гибнут. И поэтому война продолжается. Ключевой вопрос, висящий сейчас над мировой политикой, заключается в том, извлечёт ли Си Цзиньпин уроки из провалов Путина и Трампа. Широко распространено мнение, что китайский лидер отдал приказ вооружённым силам своей страны быть готовыми ко вторжению на Тайвань к 2027 году. (Это уже в следующем году, если вы вдруг не заметили.) Си Цзиньпин, очевидно, заметил трудности, с которыми столкнулись Россия и США, пытаясь победить более мелкие и слабые страны. Заставит ли это его пересмотреть целесообразность попытки установить блокаду Тайваня или вторгнуться на остров? Или он убедит себя, что его ситуация иная — и что у тайваньцев нет ни воли, ни способности противостоять военной мощи Китая? Пока что лидер Китая демонстрирует большую осторожность и стратегическое видение, чем лидеры России или США. Однако Си Цзиньпин, как и Путин с Трампом — это «сильный лидер», который не поощряет инакомыслие и стремится вписать своё имя в историю. Вызывает беспокойство тот факт, что в случае с Тайванем, как и с Украиной и Ираном, решение о начале войны может зависеть от оценки ситуации одним-единственным человеком, которому свойственно ошибаться. Подписаться
- 16
- 5
- 4
- 3
- 2