«Мои письма родным и друзьям постоянно конфисковывали как клеветнические. Иногда по полгода я не мог отправить ни одного письма. И тогда я проделал такой эксперимент. В скудной лагерной библиотеке было полное собрание сочинений Ленина. По мысли КГБ труды создателя КПСС могли помочь политзаключенным понять, как прекрасна коммунистическая власть и как глубоко они заблуждались. Я взял том переписки Ленина, стал переписывать его письма к Горькому, Крупской, Арманд и др. деятелям и подавать в цензуру как СВОИ. В этих письмах не было изменено ни слова. Некоторые длинные письма были только сокращены или опущены имена. И ни одно письмо Ленина не было пропущено цензурой. Все они были конфискованы как «антисоветские», «клеветнические», «циничные». В итоге меня потащили к психиатру, т.к. по мнению КГБ такие письма мог написать только псих. От заключения «невменяемый» меня спасло признание, что все мои отправления – копии писем незабвенного Ильича». (с)Александр Болонкин. Записки политзаключенного
- 18
- 1