«Кремль начал перераспределять деньги сирот в пользу силовиков». В Тульской области нашли новый источник денег для военных выплат — детей-сирот, приёмные семьи и малоимущих. Правительство региона перераспределило 54,2 млн рублей социальных расходов на единовременные выплаты военнослужащим, сотрудникам Росгвардии и их семьям. Из них 41,84 млн забрали из средств на содержание детей у опекунов и приёмных родителей. Ещё 2 млн — из ремонта жилья сирот, 1,8 млн — из помощи семьям, воспитывающим детей с инвалидностью, 1,6 млн — из поддержки усыновителей. Под нож попали также малоимущие, пенсионеры и ветераны труда. Тут даже не требуется искать сложную метафору. Деньги забрали у сирот и отдали силовому контуру. Война давно перестала быть отдельной строкой федерального бюджета. Она спускается вниз — в области, города и районы, которым Москва поручила оплачивать вербовку, выплаты раненым и семьям погибших. Минфин ещё весной предупреждал: совокупный дефицит региональных бюджетов в 2026 году может вырасти на 27% — до 1,9 трлн рублей, а значительная часть расходов, связанных с войной, лежит именно на субъектах федерации. То есть денег становится меньше, а обязательств — больше. И дальше начинается простая бухгалтерия. В Туле добрались непосредственно до тех, у кого политического лобби точно нет: сирот, опекунов и бедных семей. Зато военные выплаты трогать опаснее. Контрактников нужно набирать прямо сейчас, потери нужно компенсировать, а власти регионов отвечают перед Москвой за выполнение планов. Поэтому социальная политика постепенно превращается в поиск тех, у кого можно без большого скандала отщипнуть ещё несколько миллионов. И это не исключительно тульская история. Региональные бюджеты трещат по швам. В первом полугодии большинство субъектов оказались в дефиците; одновременно регионы уже сокращают часть выплат семьям участников войны, урезают льготы и инвестиционные расходы. Даже Москва в этом году сократила инвестиционную программу на 10% — впервые со времён пандемии. Поэтому тульский опыт не исключение, а готовая инструкция на годы войны. Когда военные расходы становятся неприкосновенными, всё остальное автоматически превращается в резерв. Сегодня — 54 миллиона у сирот и малоимущих. Завтра в другом регионе это будут школы, медицина, ЖКХ или транспорт. У военного государства собственная иерархия ценностей: сначала фронт, силовики и выполнение федеральных задач. Всё гражданское — на остаточном принципе. В современной РФ сирота уже конкурирует за бюджет с войной. И безоговорочно проигрывает.
- 7