… - а вот раньше, - говорит он, тыча, в неестественно розовую сосиску, плоским, тупым, столовым ножом, - вообще, конечно, свободы было гораздо больше. Помню, ещё на хлебзаводе, в Талнахе, работал, так мы в обед успевали в магазин сбегать, на троих сообразить и вернуться. Даже борщ на столах остыть не успевал. Во, как! Главное – что мы никому не мешали, и нам никто не мешал! Он решительно фокусирует взгляд, откладывает нож и берёт сосиску. Вилка по-прежнему в левой руке. Смотрит на неё. Кладёт сосиску обратно. Наливает в пустой гранёный стакан половину, выпивает, накалывает сосиску на вилку - закусывает. - А сейчас как будто все против нас, понимаешь! Весь мир! Но мы им покажем! Вчера вот тоже с ребятами сидели, так все как один говорят, что покажем! Как думаешь? - Да, - говорю, - покажем. Ему на вид лет сорок, мой ровесник. Но я точно знаю, что моложе лет на пять-семь. Он похож на сотни тысяч таких же алчущих до истины выпивох, которых так часто встречаешь в кафе авто и ж/д вокзалов, за пределами Москвы, случайно оказавшись там по нужде. В таких кафе можно приносить и распивать своё, главное – не шуметь и никому не мешать… Я почти допил противный кофе, когда у него зазвонил телефон. Он долго слушал, кивал, а потом вдруг, заискивающим, тихим голосом произнёс: - Мамуль, да ты до дня рождения не жди! День рождения, он же аж в марте, только. А мне сейчас знаешь как тяжко?! Ты сегодня денег переведи, ладно? Я тебе отдам потом. Ладно, мам? Жду! Покажем. Мы им обязательно покажем. Обязательно! Если они смотреть захотят...
История происхождения фразеологизма точить лясы и воспоминания о прошлом
- 30
- 22
- 9
- 4
- 43
- 14
- 6
- 4
- 2
- 1