В полночь с «31» июля на «1» августа 1914 г. (по новому стилю) германский посол Пурталес вручил министру иностранных дел Российской империи Сазонову ультиматум, в котором Германия требовала в 12-часовой срок отмены русской мобилизации, начатой «30» июля. Ни по существу, ни по форме это требование было недопустимо, а технически и невыполнимо, о чём Сазонов сразу и уведомил Пурталеса. В семь часов вечера того же дня Пурталес вновь явился к Сазонову и снова задал вопрос о демобилизации. Сазонов повторил ранее данный ответ, и тогда посол вынул из кармана сложенный лист бумаги и вручил его министру. По воспоминаниям Сазонова, Пурталес сильно волновался, а после вручения ноты прислонился к окну и заплакал. Вероятно, из-за этого он передал Сазонову документ, который вряд ли подлежал раскрытию. Текст ноты германского правительства был заготовлен в двух вариантах: на случай, если русское правительство вообще не даст ответа на требование остановить мобилизацию, и на случай, если этот ответ окажется недостаточным. Изменения формулировок в зависимости от ответа русских были даны в скобках: В виду того, что Россия отказалась (не нашла нужны ответить на) удовлетворить это пожелание и высказала этим отказом (принятым положением), что её выступление направлено против Германии, … мой августейший повелитель, от имени империи, принимая вызов, считает себя в состоянии войны с Россией. Проще говоря, немецкий кайзер, вне зависимости от ответа русских, велел выразить возмущение действиями России и объявить ей войну. Ультиматумы от поджигателей войн – они именно такие. @vizivayte_istorika Мы в 💙ВК 💬Максе 📝Дзене
- 9
- 1
- 1