📖 Стихотворение Каспара Димитерса, 2026 год ЕСЛИ К ВЛАСТИ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ПРИДУТ ЛЮДИ Эх вы, разряженные, прилизанные, звенящие, безъязыкие бубенцы знаменитые, лощёные, во всём этом параде одинаковых лжецов вы друг на друга похожие клоуны. Песни звучат кастрированные, у новостей — свой кокаин, ко всему привораживают не латышскость, а смерть. С головой, обёрнутой в газеты времён Атмоды, слепой и глухой ты всё ещё тут стоишь. Как хор Атмоды начал трубить в свою трубу, так продолжает сегодня и продолжит завтра: мешая гендеры, нечистые нравы, торопясь выдать их за латышские. В этом хоре специально выдрессированные фигуры размахивают красно-бело-красным флагом всуе, но если нам прикажут здесь привиться, натравить друг на друга — эти же хористы тоже тут как тут, готовы помочь. В 2005-м, когда проходил первый гей-парад, мы звали их в свою протестную толпу, их ответ звучал: у нас тоже такие имеются — поэтому не пойдём войной против «голубых». Затем последовал пик, разумеется, по их вине, о чём я иногда пою, а не злобно лаю. Речь о дне, когда как главой государства Сейм избрал для Латвии гея. Латышскость для доченек и сыночков народа таяла, как сахар тает в горячем чае: чёртова дюжина спасителей нации [во время голосования] мягко воздержались, не протестовали. Так они допустили тот скверный день, что вымазал народу сердце-совесть «голубизной», когда строй молодых латвийских солдат у Милды (у памятника Свободы) торжественно присягнул гею. И на каких языках галдит вывесочная Рига? Какая латышскость во всём, что показывает мода? Даже у бабушки зад втиснут в леггинсы, у дедушки кожа татуирована до ушей. Дружбан строит дом на холме Лаункалне. Дали пейзажа сердцу не чужие. Забравшись на крышу, раскрывает глаза, как блюдца: высоко над лесами таращатся бесы [ветряных] турбин. Построят три тысячи [турбин], чтоб испортить просторы, чтобы валить леса, а не засевать поля. Латышскость на словах, а дела — чтобы подстрекать превратить здесь всё в кладбище нации. Народ, как Дон Кихот, — собирается, протестует — хочет, чтобы его пейзажи навеки оставались живописными. Для палачей всего латышского такой протест к заднице, сделают, как прикажут деньги, а не как будет жужжать народ. О латышскости нам оставят воспоминания, а не Латвию, те, кто отдаются даром, а не разумно торгуются. Плохие русские — те, кто не ругает «кремлинов». Хорошие русские — те, кто резвится в Юрмале. Всё уже сделано — Стела [Победы] снесена, подвиг воинов-победителей опозорен. В неведении, в тревоге латыш выживает, надутый трубами новостей и партий. Я не верю никому, кому здесь дают слово, кто мелет о счастье в раме Брюсселя. Все, у кого есть деньги, лупят ложь, как клише, обрамлённую по вечерам в «Панораме». Режиссёр А или режиссёр Б — оба хотят [построить] китайскую стену вдоль России. Тогда, мол, остатки латышей будут в безопасности… Чешется язык вплести что-то на блатной фене. Слеп ты, если не видишь, что показывают глаза, глух ты, если не слышишь, что говорит сердце. Пусть к власти придут не латыши, а люди, пусть жизнь из кошмара хоть немного станет сказкой. В финале сообщаю вам ясно и мрачно: четыре вещи, что погубили Латвию — прививка масочников, развеваемые [повсюду] флажки войны, бесовские призраки ветряков, ненависть к русским, которую скандировали. И всё же, если к власти действительно придут люди, а не синеватый клан красновато-бело-красноватых, мы одолеем турбины, ненависть и вирусы, и на мачте будет один флаг, чтобы счастье могло плясать. Каспарс Димитерс 17.09.2026 Латвия ▶️ Жива ещё Латвия 😁 @BalticBridge
- 5
- 2
- 1