Я думаю, что проблема заключается не только в позиции Путина, а она понятна — то есть Путин заинтересован в продолжении войны. Но она заключается и в самом вот этом челноке. Потому что на самом деле ни европейцы, ни украинцы, никто не может гарантировать, что Витёк что-то передаёт верно. Вот что он говорит Путину? Что он передаёт Путину? Правильно ли он передаёт слова Путина Трампу? Это всё неизвестно, вот невозможно подтвердить. Стенограмма не ведётся. Разговор идёт один на один. То есть что они обсуждали, и то ли, что обсуждалось, передаётся Трампу, то ли, что обсуждалось, передаётся другим участникам этого процесса, никто сказать не может. То есть Виткоффу не доверяют ни в Киеве, ни в Европе. И, конечно, такой человек — я, честно говоря, не знаю, насколько мне сложно со стороны судить ресурсы европейских лидеров и дипломатов, насколько они могут просто бойкотировать этого человека. Насколько здесь велика опасность вступить в какой-то конфликт и разрыв отношений с Трампом. Но мне кажется, что терпеть такое не обязательно. Я уже говорил о прямой аналогии с Калигулой и его конём Инцитатом, которого, так сказать, Калигула подсовывал сенаторам в знак пренебрежения к ним. Ну, в общем, на самом деле совсем не обязательно — нет, я считаю, что сравнение с Инцитатом это, конечно, оскорбление для этого благородного животного. Но я не знаю, вполне возможно, что более правильной политикой было бы просто отказываться встречаться с этим человеком, который никто и звать никак и которому не доверяют. Может быть, это было бы правильной политикой. Не знаю, это та сфера, где я не очень уверенно себя чувствую, но высказываю такую гипотезу. Значит, в том же самом интервью Зарубин поинтересовался мнением Путина о прозвучавшем накануне высказывании Зеленского, что Украина готова к заморозке по линии текущего соприкосновения на фронте. И Путин заявил о том, что это не их территория, это территория исторической России. На самом деле очередной раз Путин проявил себя как выдающийся историк. На наших глазах разворачивается, углубляется противостояние между Европой и Трампом. И в частности, оно происходит в нескольких измерениях. Отдельное измерение политическое, другое измерение военное. И вот буквально только что обозначилось ещё одно, символическое противостояние. Европейский парламент присудил премию Сахарова — это главная награда Европейского Союза в области защиты прав человека — Международному уголовному суду. Это произошло буквально через пару недель после того, как Дональд Трамп объявил о введении санкций против Международного уголовного суда. То есть это очередная такая вот пощёчина Трампу, потому что это явное желание поддержать Международный уголовный суд после того, как Трамп ввёл санкции против всех судей. Там 8 человек оказались под санкциями. Сама эта организация. Ну и фактически там больше десятка прокуроров и судей. Прежде всего за то, что они выдали ордер на арест Путина, Нетаньяху и расследовали действия американских солдат в Афганистане. Правда, дело было закрыто, но всё равно осадочек остался. Помимо этого — ну, это, правда, было 9 октября — Нобелевская премия мира была удостоена бывшей судьи Международного уголовного суда Нави Пиллэй из Южноафриканской республики. Вообще тема этой персоны как лауреата Нобелевской премии мира заслуживает отдельного разговора. Честно говоря, у меня никакого желания нет этот разговор вести, потому что там действительно много всего, там есть некоторые признаки не просто антиизраильские, но какие-то оттенки антисемитизма, но это надо доказывать. А вот что касается решения Нобелевского комитета, то это явно знак поддержки Международного уголовного суда. То есть это тоже ещё одна пощёчина Трампу. Вот такая вот история. То есть противостояние Европы и Трампа, оно становится всё более и более жёстким.
- 30
- 8
- 1