Бой продолжается, тяжело ранены трое и санинструктор. Работу по спасению жизни забирает на себя боец-медик, пока командир организует эвакуацию. Итог – все четверо выжили и продолжили службу. Тащемта, лучший ответ на вопрос, зачем в спецподразделении ФСБ медицинской подготовкой занимаются наравне с огневой и тактической. Пока раненых нет, врач – такая же боевая единица. Об этом руководитель медподразделения ФСБ рассказывает Александру Дзидзарии в новом «Складе Лубянки» медиапроекта «Бывших не бывает». Дзидзария – действующий хирург, онколог, оперирует каждый день. Поэтому разговор быстро уходит в понятную им обоим стезю: платиновые десять минут, спасительные жгуты при кровопотере и реанимация до последнего. Логика простая: за первые десять минут нужно сделать максимум, чтобы раненый добрался до операционного стола. Под огнём накладывают обязательный жгут, отчитываются командиру и выходят из красной зоны. Эвакуацию просчитывают заранее, чтобы уложиться в золотой час. Если приходится реанимировать, бывает, работают по два-три часа, пока не станет ясно, что сделали всё, что могли. В поле медицинский «чемоданчик» становится незаменимым. Вместе с СВО пришла новая практика тактической медицины, которая показала, что в него необходимо добавить больше перевязки и зажимов, а при тяжёлой кровопотере после изменений в законодательстве сухую плазму стали применять прямо на месте. Бронепластины делают легче, а противоосколочный костюм есть у каждого сотрудника. Всё, понятное дело, тащишь на себе: полная выкладка врача – порядка 40 килограммов, тяжелее в группе обычно только пулемётчик. Однако всё то, что реально спасает жизнь, остаётся в экипировке и протоколах боевых медиков. 🤩 Подписаться на Кракен в Telegram и Мax
- 312
- 38
- 33
- 5
- 1