В день 7 ноября поговорим об особенностях коммунистической идеологии. Уже неоднократно отмечалось, что потрясения 1905-1917 гг. были восприняты значительной частью русского общества как грандиозная попытка построения Царства Божьего на земле. Люди пребывали в ощущении, что Царство Божие «близ есть при дверех». Н.Суханов, бывший на выступлении Троцкого в Петрограде, отмечал: «Вокруг меня было настроение, близкое к экстазу. Казалось, толпа запоет сейчас без всякого сговора и указания какой-нибудь религиозный гимн...» Особенно остро эти настроения ощущались среди крестьян, где религиозность традиционно была глубже и искреннее, нежели в дворянской среде. Очень точно настроения «последних дней» передавал крестьянский поэт Н.Клюев: Верьте ж, братья, за черным ненастьем Блещет солнце — Господне окно; Чашу с кровью - всемирным причастьем Нам испить до конца суждено Революционное преобразование мира неизбежно представляется Клюеву в христианских образах: «Христос Воскресе! Христос Воскресе! Христос Воскресе! Нищие, голодные, мученики, кандальники вековечные, серая, убойная скотина, невежи сиволапые... вся хвойная, пудожская, мужицкая сила - стекайтесь на великий, красный пир воскресения! Нынче сошло со креста Всемирное слово. Восколыбнулась вселенная - Русь распятая, Русь огневая, Русь самоцветная, Русь — пропадай голова!..» («Красный конь. 1919). Грядущее будущее Клюев характерно называет «пламенеющим ленинским раем». С.Есенин, считавшийся учеником Клюева, испытывал сходные чувства: Радуйся, Сионе, Проливай свой свет! Новый в небосклоне Вызрел Назарет. Новый на кобыле Едет к миру Спас. Наша вера - в силе. Наша правда - в нас! (Инония) Для писателя и поэта А.Белого в поэме «Христос Воскресе» революция становится «мировой мистерией», а послереволюционная Россия – райской землей грядущего: Россия – страна моя – Ты – та самая облеченная солнцем жена, Вижу явственно: Россия моя богоносица, побеждающая змия, И что-то в горле у меня сжимается от умиления. Еще до трагических октябрьских событий 1917 г. в России началось массовое отпадение верующих от Церкви, сопровождавшееся грабежами духовенства, погромами и поджогами храмов и монастырей. Стихия разрушения, вандализма, по замечанию А.Греча «обросла хищничеством, величайшим обогащением и стремлением рассчитаться с «проклятым прошлым». И в результате слияния этих трех элементов, как в некоем химическом соединении, произошел тот взрыв, от которого запылали дворцы и дома с колоннами, рухнули церкви, загорелись костры с книгами, старинной мебелью». Стремление увидеть здесь и сейчас Царство Божие проявлялось во всех сферах – в политике, Церкви. Летом 1917 г. появилась Христианско-социалистическая рабоче-крестьянская партия, программа которой утверждала, что «социализм не только не противен истинной религии, но развивается и совершенствуется именно в ней». В 1922 г. появилась «Свободная трудовая церковь». Ею руководил анархист, не раз сидевший в тюрьме, редактор журнала «Биокосмист» А.Святогор. Вокруг него собралась группа колоритных личностей типа лишенного сана бывшего пензенского архиепископа Владимира (Путяты), епископа Иоанникия (Смирнова) и т.д. Свободная трудовая церковь провозглашала лозунг «вон буржуев из церкви» и отвергала не только церковные таинства и обряды, но также догматы и каноны. А.Святогор считал, что христианство вообще изжило себя и отныне роль религии должна взять на себя наука, а церкви должны быть превращены в метеорологические станции». Одновременно с упадком православия в крестьянской среде происходил быстрый рост сектантства. Примечательно, что многими сектантскими группами и отдельными лидерами революция большевиков была воспринята именно как осуществление вековых народных чаяний построения «Царства справедливости, равенства и добра». Именно поэтому сектантство в подавляющем большинстве (в отличие от Православной Церкви) положительно относилось к Советской власти. Продолжение следует
- 38
- 10
- 3
- 3